— Черт бы меня побрал!
— Да нет, пойми правильно! Меня не гложет жажда мести и всякая такая чепуха. Ближе, наверное, к тому, что ты сказал насчет того, чтобы им погорбатиться за свою плату, что дается им за нас. Я не очень на самом деле верю, что что-нибудь изменится, разве что к худшему. — Сопротивление — это просто смех, но было б здорово хотя бы ненадолго заявить о себе. Поэтому я решила, что осталась бы с тобой. Если ты не против.
Для Ховика это было самое невероятное ощущение от женщины с той самой поры, как его, тринадцатилетнего, допустила до себя в закутке папашиного магазинчика Франсуа Новотна. Он вынул пачку сигарет и выудил из нее одну, наполовину выкуренную.
— Будешь?
— Спасибо… Надо бы бросать, вот только бы знать заранее, успеет ли кто из нас дожить до рака легких.
— Черт побери, ты сегодня веселая. Знал я одного старика, так он то же самое говорил. (Меняй тему). Ты сама из Калифорнии?
— Сан-Франциско. Училась в Стэнфорде, прямо в доброй старой грязной Силиконовой Долине. Там и познакомилась с Дэвидом. — Внезапно опустевшим взором она уставилась на тропу, где никого не было.
«Господи, Ховик ты, Ховик, — подумал он, — опять наступил на этот самый мозоль своей чешской лапищей, да?»
— Извини, — проговорил он вслух.
— Ничего. — Она выпустила дым, по-прежнему глядя отсутствующим взором. — Я привыкла о нем думать, Ховик, так что необязательно эту тему обходить на цыпочках.
Он кивнул.
— Вы уже были в Сопротивлении, когда поженились?
Джудит бросила на него странноватый взгляд.
— Мы никогда не были женаты, Ховик. С чего ты взял?
Черт его, не знаю. — Да, нынче в разговоре он явно не на высоте. — Просто такое впечатление было.
— Мы бы безусловно поженились, если бы не примкнули к движению. Но как жену политзаключенного меня бы постоянно держали под надзором, дергали, периодически допрашивали, и на работу ни на какую было бы не устроиться, кроме как полы подметать, а Дэвид не хотел идти на такой риск.
— В общем-то умно. — Ховику вспомнилось то, что постоянно вертелось на уме. — А чем он таким вообще занимался? По словам Костелло, Дэвид вроде был какой-то важной птицей. — Заметив охватившую Джудит неуверенность, он добавил: — Только стоп, смотри, если это какой-то секрет, то забудь, что я спрашивал, ладно?
— Да нет, какой смысл теперь держать это в секрете? Просто думаю, как тебе объяснить. — Сделав паузу, Джудит подняла глаза на Ховика. — Ты о компьютерах что-нибудь знаешь?
— Ни черта, — откровенно мотнул головой Ховик. Единственно разве, подумал он про себя, что там какая-то куча клавиш и экран, будто пишущая машинка спарена с телевизором, и какой-нибудь гладкий сукин сын сидит рядом, прикидывает, как бы тебя объебать.
— Тогда, — рассудила Джудит, — ты, наверное, не знаешь о компьютерных жучках.
Вот как раз и знаю, — просветлел Ховик. — Один такой сидел у меня в блоке в Сан-Квентине. Парень занимался мухлежом с банковским компьютером, чтобы тот переводил деньги и ему на счет. За это его б не посадили в такое строгое место, как наше, но у него бабенка вызнала, чем он занимается, а он ее задушил… Ну, в общем, он мне об этом и рассказал. Жучок — это парень, который влезает в компьютер туда, куда не следует, так? Вроде электронного форточника.
— Можно так сказать. Или плут, который знает, как провести компьютер и внушить ему или заставить делать то, что не положено. — Неожиданно она рассмеялась. — Дэвид рассказал, что чувствует себя эдаким развратником-Казановой: закрадывается в темную систему, когда никого вокруг нет, и соблазняет компьютер на всякого рода извращения.
— Понятно, вижу, — Ховик кивнул. — Вроде как. Так, значит, Дэвид этим и занимался?
— Дэвид, — ответила Джудит, — общался с компьютером так, что это надо было видеть, чтобы поверить. Не было такого, чего бы он от них не мог добиться; похоже, — не знаю, как это сказать, — но он входил в них, сливался с ними. Сам сидит за клавиатурой, а на самом деле — умом, душой, — где-то в этих электронных дебрях и чувствует себя там как дома. Знаю, это звучит глупо…
— Нет, почему глупо, — возразил Ховик. — Я знал кучу парней, которые вот так на «ты» с мотоциклетными моторами. Или ребята, что работают с сейфами, вскрывают замки.
— Его бы двинули из школы, не будь у него отец заслуженным учителем. Дэвид влезал в школьные компьютеры, некоторые другие системы — местный отдел ФБР в том числе, из чего разразился настоящий скандал — еще задолго до того, как его подловили; первый такой доступ, просто шутки ради, он проделал еще в девять лет. Представляешь, до какого уровня он дорос к тому времени, как мы с ним встретились — хотя, понятно, жучками он тогда явно уже перестал заниматься.