Конкурсантки состязаются на полосе препятствий в средневековом стиле, а на заднем плане каждого кадра живописно вырисовывается замок. Чарли старается сосредоточиться на общении с девушками — с Лорен Л., которая успешно катает его на закорках после того, как Сабрина ее подначивает; с Энджи, которая подбадривает его шутками-самосмейками; с Дафной, которая сама обходительность, пока Париса не приближается к ней ближе, чем на двадцать ярдов.
На деле сосредоточиться получается лишь на том, почему Дев в какой-то полудреме скрючился на складном стуле на краю съемочной площадки. К перерыву на ланч Чарли накручивает себя настолько, что решает: помочь ему может лишь один человек.
Парису он обнаруживает орущей на продюсера, что случается почти всегда, когда она появляется на съемочной площадке.
— Эйден, вот только не надо заливать мне, что увековечивание внутренней мизогинии, которой занимается «Долго и счастливо», случайно. Если бы за это шоу отвечала я, то наверняка… Ой, привет, милый! — Стоит Парисе заметить Чарли, лицо у нее смягчается.
— Хочешь со мной прогуляться?
По грязной дорожке Париса идет за ним к замку.
— Крепкопопик, ты как, ничего? — спрашивает она, когда они оказываются за пределами слышимости съемочной группы.
— Ага, просто… — Чарли делает три глубоких вдоха. Париса — его лучшая подруга. Его лучшая подруга-пансексуалка, которую эта новость вряд ли шокирует. — Я хочу кое-что тебе сказать.
— Ну наконец-то! — говорит Париса, тащит его на сухую скамью в стороне от тропки, и они садятся на свои куртки. — Я тебя слушаю.
Чарли делает еще три глубоких вдоха, но признание все равно звучит как вопросы.
— Возможно, я неравнодушен к Деву. Возможно, я его целовал.
— Господи, неужели? — монотонно переспрашивает Париса. — Я глубоко потрясена твоим неожиданным откровением.
— Так ты знала?
— Догадывалась. — Она пожимает плечами.
— Но как?
— Ты говоришь о нем довольно много, а когда смотришь на него, у тебя каждая клеточка тела расслабляется, — бесстрастно отвечает Париса, а Чарли чувствует себя раздетым донага, разоблаченным перед целым миром. — К тому же, едва я его увидела, все стало понятным. Дев — твой тип.
— Ты считаешь, что мой тип — шестифутовые тощие парни с неудачными стрижками?
— Объяснить не могу, но, да, я так считаю.
— И ты на меня не злишься?
— Не злюсь? Крепкопопик, ты ведь знаешь, что в реале замуж за тебя я не хочу?
— Знаю, но ты же послала меня сюда, чтобы я обручился с девушкой, поэтому…
— Если честно, твое целование с продюсером — самое лучшее, что когда-либо случалось на этом гетеронормативном говношоу.
Чарли ждет, что Париса окончательно растопчет его и добьет. Ждет, что она велит скрывать свое новое чувство. Разумеется, ничего подобного Париса не делает.
— И это… все? Это все, что ты мне хочешь сказать?
— Не вижу нужды приплетать сюда кризис сексуальной самоидентификации, — заявляет Париса, пренебрежительно маша рукой в сторону экскурсионной группы шумных французских подростков. — Если, конечно, ты не хочешь приплести сюда кризис сексуальной самоидентификации. Ты боишься того, что тебя тянет к парням?
— Вообще-то нет, — отвечает Чарли. — К тому же я не уверен, что меня тянет к парням. То есть к парням во множественном числе.
— Ты к женщинам сексуальное влечение испытываешь?
— Не знаю… Кажется, нет. Никогда прежде не испытывал. — Чарли припадает к мягкому боку Парисы. — Что, по-твоему, это значит?
— Так ты хочешь приплести сюда кризис сексуальной самоидентификации? Ладно. Допускаешь, что ты асексуален? — спрашивает Париса как ни в чем не бывало, без капли нажима или осуждения. Чарли не верится, что за четыре года дружбы они не касались этой темы. Чарли гадает, сколько раз Париса хотела завести разговор и терпеливо ждала, когда он предоставит ей хоть тень возможности.
— Всерьез я никогда не задумывался, но… судя по последним событиям… Нет, вряд ли я асексуален. Отторжение у меня секс точно не вызывает.
— Отторжение испытывает не каждый асексуал. Асексуальность — это целый диапазон. — Париса держит одну руку в двух футах от другой, словно измеряя расстояние для очень маленькой полки из ИКЕА. — На одном полюсе аллосексуалы, или люди, испытывающие сексуальное влечение, на другом — асексуалы, которые не испытывают. Между ними целое множество вариаций.