— Будь осторожнее, милая, — хрипло прошептал он, окунув лицо в ее распушенные волосы. — Я не хочу тебя потерять.
— Я тоже не хочу потерять тебя, — выпалила Давина.
И поспешно закусила губу, испугавшись, что невольно выдала себя.
Роб, вспомнив обещание держаться подальше от нее, мысленно выругался. Господи, какой осел… неужто он всерьез надеялся, что у него хватит на это сил? Невольно улыбнувшись, он склонился к губам Давины. И сразу забыл обо всем. Сжав ее в объятиях, Роб впился губами в ее рот, а море ревело, швыряя корабль, и палуба ходуном ходила у них под ногами. Ни один мужчина не целовал ее до него, и ни один не посмеет сделать это, пока он жив. Всякий раз, как он держал ее в объятиях, он снова и снова подвергал серьезному испытанию свою выдержку, которую до этого дня считал железной. Он с радостью отдал бы все на свете, лишь бы иметь право назвать эту женщину своей. День за днем Роб сражался с собой, хотя давно уже понял, что эту битву он проиграл. Махнув на все рукой, он смирился и выкинул белый флаг.
Давина с такой невинной пылкостью отвечала на его поцелуи, что Роб задрожал. Чувствуя, как все его тело наливается свинцом, он с силой прижал ее к себе, словно надеясь, что этим облегчит боль, разрывавшую его чресла.
Залившись краской, Давина испуганно отпрянула в сторону. Роб стиснул зубы, на скулах его заходили желваки. Ему хотелось извиниться, но он промолчал — любые извинения сейчас прозвучали бы неискренне, а ему не хотелось выглядеть в ее глазах лицемером. Впрочем, он ничуть не раскаивался. Желание ho-прежнему сводило его с ума.
— Миледи!
Роб с Давиной дружно обернулись — в нескольких шагах от них, сжав руки в кулаки, застыл Эшер.
— С вами все в порядке?
Не сводя с него глаз, Роб выразительным жестом притянул Давину к себе. Вдобавок ему очень хотелось скрыть от ревнивого взгляда капитана реакцию, с которой его тело отзывалось на близость Давины. Да, он старался проявить терпимость и понимание и делал вид, что не замечает, какие чувства питает к Давине капитан. Однако он до смерти устал от Эшера.
— С ней ничего плохого не случилось до сих пор — и не случится, пока я с ней, капитан.
По резкому тону, которым это было сказано, догадливый Уилл сообразил, что сейчас полетят головы, и на всякий случай незаметно придвинулся поближе. Эшер, заметив его маневр, удивленно поднял брови.
— Вы даже представить себе не можете, какие несчастья вы навлекаете на себя, — снова повернувшись к Робу, бросил капитан.
Впервые за все время Роб почувствовал исходившую от Эдварда угрозу и нахмурился. Как далеко способен зайти этот ревнивец? Не придет ли ему в голову предупредить короля, чтобы разлучить их навсегда?
— Пусть так, — отрезал Роб. Лицо его окаменело, взгляд стал жестким. — Хотите напугать меня? Что ж, попробуйте!
Эшер с жалостью посмотрел на огромного шотландца.
— Я знаю, как искусно вы владеете мечом, Макгрегор. Но что может кучка горцев против целой армии?
Роб смерил его надменным взглядом.
— Ни одна армия не выстоит против нас.
— Хотите сказать, у вас хорошие дозорные? — усмехнулся капитан.
— Нет, хорошие пушки, — ледяным тоном отрезал Роб.
Крик Финна, стоявшего на носу корабля, прервал их разговор, и над палубой повисло настороженное молчание.
— Земля! — вопил юноша, размахивая руками. — Это наш прекрасный Скай!
Эшер и Давина разом обернулись — на севере, словно из вод морских, вставал полуостров Слит. Но взгляд Роба, скользнув по нему, нетерпеливо устремился дальше, на северо-запад, где из-за Лох-Слэпина вставали окутанные туманом вершины гор Сгарр-На-Стри и Куиллин. Дом! Родина, которую он любил больше всего на свете, кроме… Взгляд Роба остановился на Давине — схватившись за поручни, она жадно вглядывалась в появившийся на горизонте берег…
Глава 19
Они бросили якорь на западном берегу полуострова, в бухте Тарскавейг, и двинулись вдоль скалистого берега на север Тарскавейг, как радостно сообщил Давине Финн, снова занявший свое место возле них, одно из самых крупных поселений на острове Скай. Его история уходила корнями в далекое прошлое, а предками нынешних жителей были норвежские викинги.
Но вместо того чтобы наслаждаться первозданной красотой острова, Давина думала только о мужчине, сидевшем позади нее. Эдвард был прав, когда сказал, что Роб понятия не имеет, какие силы обрушатся на него… Но она-то это знала! Знала с самого начала, и при одной мысли об этом мутило от страха. Если Макгрегоры выставят свои пушки против королевской армии, войны не миновать. Она не может этого допустить. Эдвард ошибался только в одном: Роб ни за что не оставит ее, даже если придется противостоять целой армии. Теперь она уже не сомневалась в этом. Он не отдаст ее никому.