Прости меня, моя Найлия.
Мне жаль.
Ансет тяжело вздохнула и, наконец, посмотрела на королеву, мягкость исчезла из ее глаз.
— Существо, нуждающееся в помощи, моя королева.
Она подняла сверток в руках. Существо внутри зашевелилось, и часть ткани упала, обнажив маленькое личико с бледной кожей, жидкие каштановые волосы и измученные, испуганные зеленые глаза.
Человеческие глаза.
Стоявшие поблизости женщины ахнули и потрясенно выругались. Одна из говорящих с духами прошептала краткую молитву Восьмерым. Несколько Клыков направили свои копья на Эллу и Ансет, как будто крошечный болезненный человечек мог причинить им какой-либо вред.
Но только одна реакция испугала Кетана — только одна реакция напрямую повлияла на его холодный, тяжелый ужас.
Зурваши уставилась на Эллу, совершенно безмолвная, совершенно неподвижная. И Кетан почувствовал, как его мир рушится вокруг нее.
ГЛАВА 27
Жвалы королевы поднимались и опускались, и она едва заметно наклонила голову в сторону. Единственным звуком в зале был шум шторма, бушевавшего далеко-далеко наверху, доносившийся через дыру в потолке пещеры, и медленный, отдающийся эхом звук капель воды, падающих через то же отверстие.
Сердца Кетана снова пришли в движение. Его кровь поползла по венам, как грязь, стекающая с холма, загустевшая от этой невозможной смеси горячего и холодного.
— Что это за существо? — спросила Зурваши. Жужжание, скрывающееся за ее словами, могло быть любопытством, но с таким же успехом могло быть и отвращением.
Хотя движение было незаметным, Ансет отодвинулась от королевы.
— Она шеловек.
Зурваши нетерпеливым жестом подозвала Когтей. Самцы осторожно приблизились, глядя на Кетана и держа руки на оружии.
— Вы видели такое существо, как это? — спросила королева.
— Нет, моя королева, — ответил один.
— Никогда, — сказал другой.
— Только лучшие охотники охотятся среди твоих Когтей, моя королева, — насмешливо сказала Зурваши. — Если бы не его преданность, я бы давным-давно раздавила этого дурака Дуракса, — она быстрым взмахом отпустила Когтей и посмотрела на Кетана. — А ты?
Кетан не ответил.
Королева защебетала.
— Ты видел. Это ясно по твоим глазам, Кетан.
— Ч-что происходит? — спросила Элла тихим, усталым голосом. Свет в ее глазах был больше, чем просто страх. Это был потрескивающий костер, в котором догорали последние дрова, и он был ярче, чем когда-либо, когда вступал в свои последние мгновения. И всякий раз, когда ее взгляд отрывался от вриксов, чтобы осмотреть пещеру вокруг нее, этот свет приобретал оттенок удивления.
— У него странные звуки, — заметила один из Клыков.
— Тихо, — оборвала Верховный Клык Корахла.
— Ансет? — Элла перевела взгляд с Ансет на Кетана, между ее бровями образовалась умоляющая складка. — Кетан?
Зурваши недоверчиво фыркнула.
— Это существо только что произнесло ваши имена?
— Все будет хорошо, Элла, — сказал Кетан по-английски; он не отводил взгляда от королевы.
— Слова, — выдохнула Архиречица Валкай. — Это слова на другом языке.
— Шеловеки разумны, — сказала Ансет, придав своему голосу новую уверенность. — Моя королева, дружба с этими существами пошла бы на пользу всему Такаралу. Инструменты, которые они способны создавать, превосходят все, что мы могли себе представить.
Королева подошла ближе к Ансет и Элле. Человеческая самка съежилась в объятиях Ансет, тесно прижавшись к ее груди.
— К-Кетан, что?… что это за место? — Элла спросила, дрожа. — Зачем Ансет… привела меня сюда?
Слова, которые Кетан собирался произнести, сформировались где-то глубоко в его животе, приняв форму колючей виноградной лозы. Они разрывали его внутренности, когда поднимались, оставляя разорванными грудь и горло; не язык пришельцев, на котором он их произносил, причинял им такую боль. Это была правда в них.
Они были тщетны.
— Для исцеления, — сказал он. — Ансет… хочет помочь.
— Ты понимаешь это существо, Кетан? — спросила королева, снова глядя на него. — Скажи мне, что оно говорит.
Кетан сжал руки в кулаки, вонзив когти в ладони.
— Ансет, забери ее отсюда.
— Ты этого не сделаешь, — прорычала Зурваши, ткнув пальцем в сторону Ансет, как боевым копьем. — Принеси это существо мне.
Жвалы Ансет дернулись и опустились, повиснув по бокам ее лица. Ее поза была напряженной и неуверенной.
— Кетан, я…
— Твоя королева приказала тебе, — прорычала Зурваши. — Не игнорируй меня.