Мари почтительно присела в глубоком реверансе перед двумя женщинами.
— Если я чем-то оскорбила вас, благородные леди, прошу меня простить и не судить строго — я ведь выросла в гареме и на многие вещи смотрю не так, как вы.
— Томас, — коротко произнес Доминик.
— Слушаю, милорд!
Томас выступил вперед со своего поста у двери в оружейную. Крепкий и сильный, как могучий дуб, он слыл добрым малым с веселым и радушным нравом.
Он также прославился своими любовными подвигами — по выносливости ему не было равных среди других рыцарей.
— Будь добр, развлеки немного нашу несравненную Мари, а то она совсем заскучала, — сказал, обращаясь к нему, Доминик.
— Прямо сейчас, милорд?
— Да, прямо сейчас.
— С удовольствием, милорд.
Томас звонко шлепнул Мари чуть пониже спины своей тяжелой ладонью, потом приблизился к ней сзади и осторожно сжал руками ее пышные ягодицы.
Мари задохнулась от удовольствия и медленно обернулась к Томасу, слегка потершись о него своими бедрами. Он широко улыбнулся ей в предвкушении того, что последует дальше.
Затем, не говоря ни слова, Томас приподнял Мари одной рукой. Она улыбнулась ему и обвила ногами его мускулистые бедра. Это положение, безусловно, было им обоим хорошо знакомо, ибо Томас, не медля ни минуты, пошел прочь от оружейной, легко придерживая оседлавшую его девицу.
Мари прильнула к нему еще теснее, прижалась подбородком к его плечу и стала проворно расстегивать застежки его кольчуги, до которых могла дотянуться.
Вскоре оба они исчезли за поворотом коридора, и издалека послышался звонкий, переливчатый смех Мари, приглушенный толстыми каменными стенами. Но потом и он внезапно стих, будто прерванный мужским поцелуем.
— Благодарение Богу, что у нас есть Томас Сильный, — усмехнулся Доминик.
— Аминь, — серьезно сказал Саймон.
Он обернулся и окинул свою жену загадочным взглядом слегка прищуренных глаз, как нечто необычное, что совсем не ожидал увидеть.
И вправду, тут было чему удивляться.
Ариана ревновала его. Это поразило Саймона так же сильно, как и другой ее безрассудный и неожиданный поступок, когда она влетела на своей крепкой коротконогой лошадке прямо в гущу смертельной битвы.
Ариана тогда чуть не погибла, спасая ему жизнь.
Она только что была готова вонзить кинжал в шлюху, добивавшуюся его расположения.
Она таяла в истоме, как растопленный солнцем мед, когда он пришел к ней в ее волшебном сне.
И однако же наяву она с презрением отталкивала от себя чувственные наслаждения.
Саймон отрешенно подумал, что, наверное, даже Посвященным не дано понять женщин.
— Можешь спрятать свой клинок, соловушка.
Ариана подняла на мужа широко распахнутые глаза. Теплая волна затопила ее душу, когда она вновь услышала свое ласковое прозвище и встретила задумчивый взгляд Саймона.
— Или, может быть, ты хочешь вонзить его мне в сердце? — вежливо осведомился Саймон.
Ариана вспыхнула и быстро вложила кинжал в ножны.
— Вот так-то лучше, — заметил ее супруг. — Полагаю, в наших отношениях наметился некоторый сдвиг.
С трудом сдерживая смех, Доминик отвернулся и стал возиться с огромным железным замком, висевшим на двери в оружейную. Вскоре замок поддался с лязгом и грохотом, и через полуоткрытую дверь донесся слабый аромат пряностей.
— Посветите мне, — сказал Доминик.
Саймон снял со стены два факела и протянул один Доминику, который уже шагнул под темные своды оружейной. Затем Саймон чуть посторонился, пропуская женщин вперед. Сначала вошла Мэг, за ней — Ариана.
В тот момент, когда она проходила мимо него, Саймон быстро шагнул ей навстречу, так что Ариана неминуемо должна была бы задеть его, чтобы протиснуться в дверь. Его движение было пугающе неожиданным.
И Ариана отшатнулась в сторону, прежде чем успела сообразить, что к чему.
Саймон невесело усмехнулся, как человек, который подстроил другому ловушку, но нашел ее пустой. Его взгляд ясно говорил о том, что радости ему это не доставило.
Ариана потянулась было к нему, чтобы дотронуться до его руки, но Саймон намеренно отклонился от ее прикосновения.
— Твое первое движение было более искренним. Я предпочитаю его, — сказал он так тихо, что его слышала только Ариана.
— Ты просто чертовски быстр! Я перепугалась от неожиданности — вот и все!
— Не думаю, чтобы это было именно так.
— Саймон, где ты? — не оборачиваясь, нетерпеливо позвал Доминик.
— Я здесь.
— Похоже, ты не торопишься увидеть свое богатство.
— А мне и не нужно его видеть — я чувствую его запах, — сухо отозвался Саймон.
Доминик рассмеялся.
— Да, в самом деле пахнет перцем.
Мэг глубоко вдохнула пряный воздух и вдруг нахмурилась.
— Что такое? — немедленно спросил ее Доминик.
Она поколебалась в нерешительности, снова вдохнула пряный аромат и смущенно покачала головой.
— Запах слишком слабый для того количества пряностей, какое должны были бы вмещать эти огромные сундуки, — наконец задумчиво произнесла Мэг. — Но, может быть, они просто очень плотно запечатаны.
— Или пряности слишком старые, — жестко сказал Доминик. — Запахи ведь слабеют со временем.
— Они были совсем свежими, — горячо возразила Ариана. — Управляющий постоянно донимал отца бесконечными причитаниями о том, что бесполезно посылать такие дорогие пряности шотландскому варвару, моему будущему мужу, который не оценит их изысканный вкус.