- Айви!– позвала ее Сюзанна. – Поди сюда, загадай желание у девичьего колодца.
Айви обогнула поросший мхом огромный камень и наткнулась на Сюзанну, облокотившуюся на старый колодец – незакрытый и заброшенный.
- Хочешь, расскажу тебе любопытную историю?– спросила Сюзанна. – Очень грустную. Говорят, одна послушница полюбила лорда Виткомб-Кипа. Уж, конечно, сам сатана приложил к этому руку, заставив честную девушку свернуть с истинного пути.
- Неужели ты хочешь сказать, что все эти сплетни ходят так долго? – поинтересовалась Айви. – Ведь этим руинам на вид несколько сотен лет.
- Да, шесть или семь, – подтвердила Сюзанна ее слова. – Лишь часовня составляет исключение. Ее построили позже. Впрочем, я не уверена, спроси об этом Джулиана, уж он-то все об этом знает. Так хочешь послушать мою историю или поболтать о нелепых старых вещах?
- Мне нравятся нелепые старые вещи, но… продолжай.
- Бедная послушница не могла противиться порочному лорду и забеременела от него. Разумеется, он не женился на ней, его женой стала дочь одного барона, жившего неподалеку. – Сюзанна многозначительно посмотрела на Айви. – Ты можешь себе представить, что чувствовала бедняжка? Может, ты и знаешь это, во всяком случае, узнав, что Джулиан помолвлен с Фелицией, ты не слишком обрадовалась. Как бы ты себя чувствовала, нося под сердцем ребенка Джулиана и наблюдая, как он связывает свою жизнь с этой глупой коровой?
Айви резко повернулась к Сюзанне.
- Не будь смешной, девочка, – оборвала она ее.
Несмотря на эти слова, на душе у Айви стало мерзко, горло сдавила тоска.
- Ну так вот. Злой лорд женился на глупой корове, и в день их венчания несчастная послушница бросилась в колодец. – Сюзанна наклонилась в темноту колодца. Солнце, пробивавшееся сквозь ветви деревьев, засверкало в ее темных волосах. – Ты думаешь, из-за этой истории кажется, что в этом месте есть привидения?
- Может быть. Но вполне возможно, такое ощущение появляется во всех развалинах. А это правдивая история?
Айви так и представила себе, как беспечный любовник, поразвлекавшись с девушкой, бросает ее, и послушнице просто некуда пойти, сердце ее разбито.
- Похоже, что так. Во всех подобных историях есть доля истины. Особенно часто такие вещи случались в монастырях, ты так не считаешь?
В этом месте в такое заявление было очень легко поверить. Даже воздух казался здесь живым, пропитанным прошлым. Создавалось впечатление, что полуразрушенные стены, упавшие колонны и разбитые камни дорожек знают что-то, несут в себе какую-то тайну. И игра света и теней в руинах прекрасного аббатства лишь подтверждала это.
- Давай же, Айви, – промолвила Сюзанна. – Говорят, девичий колодец выполняет желания незамужних женщин, если они как следует попросят. Я свое желание уже загадала. А каким будет твое?
Загадочная притягательность старых стен была так велика, что Айви была готова поверить в то, что желания могут исполниться. Положив руки на замшелый край колодца, она заглянула в темную пустоту.
- Ну вот, – поторапливала ее Сюзанна. – А теперь закрой глаза и загадывай.
И тут на какое-то время Айви показалось, что однажды она уже была здесь и стояла вот так у колодца рядом с Сюзанной, а солнечные лучи освещали древние развалины и играли в сверкающих темных волосах девушки. Она даже помнила, что чувствовала, когда дотрагивалась руками в мягких кожаных перчатках до края колодца.
Айви закрыла глаза.
Сначала она почувствовала легкое головокружение и растерянность. Затем перед ее внутренним взором стали мелькать такие живые картины и образы, что, казалось, все происходит наяву.
Вот она увидела, как сидит с Джулианом у огня. Они весело смеются. Джулиан оживленно рассказывает ей что-то, его глаза блестят, и он ласково гладит ее по плечу.
Затем она увидела, как они едут верхом по скалистому берегу, услышала ржание коней, цокот их копыт и вечный шум морского прибоя. Джулиан такой счастливый, его темные волосы взлетают в воздух в такт лошадиному галопу. Он скачет впереди нее, и в воздухе звенит его радостный смех.
Следующая картина перенесла ее в разрушенную часовню Виткомб-Кипа. Точнее, часовня уже не была в развалинах: ее отреставрировали, и часовня во всей былой красоте предстала глазам Айви. Солнечные лучи проникали через витражные окна, играли на белом алтаре и лице Джулиана, отсвечивали синим и красным на седых волосах священника, стоящего перед ними. Священник держит в руках запеленатого младенца. «Нарекаю тебя…» – говорит святой отец, но Айви не слушает, она смотрит на гордого и довольного Джулиана, который в этот момент берет ее за руку.