- Да? – вздохнул Рамсден. – Что ж, это меня не удивляет. В мире тысячи женщин, а я сижу тут с тремя самыми неисправимыми. Три женщины в доме – это слишком много.
- Четыре, – рассмеявшись, поправила брата Сюзанна. – Ты забыл о нашей маленькой сироте.
- У нее есть одно преимущество – она немая, – заметил Джулиан. – Поэтому с ней приятнее проводить время, чем с тобой, сестренка.
Сюзанна медленно перебирала струны лютни.
- Может быть, бабушка научит меня, как превратить тебя в жабу, Джулиан. Я могла бы положить тебя в карман и кормить мухами, когда ты хорошо себя ведешь.
Рамсден, шагнув вперед, схватил сестру за руку. Лютня замолкла, в воздухе, дрожа, звенела последняя нота.
- Послушай-ка меня, Сюзанна. Шуткам конец. То, что ты слышала сегодня, – правда. Я больше не имею голоса в городском совете. Если они решат прийти сюда и арестовать кого-либо из нас, я не смогу им препятствовать. Мне их не остановить.
- Не сможешь, Джулиан?– приподняв брови, спросила Сюзанна. – Этого не может быть!
- Я бы сделал все, что в моей власти, чтобы остановить их. Даже если для этого придется запереть ворота и сражаться с этими людьми. Но мы проиграем, сестра. Они обратятся за помощью к правительству, и, можешь не сомневаться, им помогут. Кромвель будет рад возможности вновь напасть на Виткомб. И, боюсь, я ничего не смогу сделать.
Сюзанна была необычайно серьезна.
- Поэтому никуда не лезь, сестричка, – продолжил Рамсден. – Держись подальше от ворот, придерживай свой острый язычок. А если надо поговорить с кем-то… ну… прикинься Фелицией.
Сюзанна закатила глаза.
- У тебя будет возможность изучить ее манеру разговора. Эстли направляется в Лондон, и его дочь останется с нами до его возвращения.
- Какой ужас! – воскликнула девушка.
- Да, но это поможет нам. С ней мы будем в безопасности. Совет едва ли захочет обидеть Фелицию.
Джулиан встал.
- Ты видела Айви?
- Думаю, они бродят где-нибудь с маленькой сиротой. Последний раз я слышала голос Айви в кухне.
- Спасибо, Сюзанна, – кивнул Джулиан. – И не забудь, что я тебе сказал. Повторяю, время шуток прошло.
Рамсден нашел Айви в большом зале. Она сидела на полу перед очагом. В руках девушка держала перо, перед ней стояла чернильница, и, опершись на локти, она что-то старательно писала на большом листе пергамента. На Айви было тускло-золотое платье Сюзанны, на фоне которого ее распущенные волосы казались просто огненными. Рукава белой сорочки, видневшиеся в прорезях платья, были сосборены и перевязаны золотым шнуром. В неясном свете пламени казалось, что от Айви исходит бело-золотое свечение, таким невероятным было сочетание белой кожи с золотом платья и золотистых огоньков в рыжих кудрях девушки, волнами спадавших ей на плечи.
Напротив нее сидела немая девочка, одетая в новое голубое платье из парчи. Свежевымытые волосы малышки были цвета желтого шелка. Она была до того непохожа на то полудикое существо, которое Рамсден привез в замок, что поначалу молодой человек не узнал ее.
- Это буква «б», – говорила Айви ребенку. – На «б» начинается слово «белый», вот, смотри, моя белая сорочка. Белая простыня. Бульон и бусы. Помнишь, здесь бегали белые кролики.
Личико малышки засветилось улыбкой, и она огляделась. Через мгновение девочка указала на скамью, стоящую у стены. Под ней сидел большой кролик, поедавший листья какой-то зелени.
- Ну да, это твой кролик, – согласно кивнула Айви. Она тоже заулыбалась в ответ девочке. – Сунув перо в подставку, Айви развернула пергамент к ребенку. – Видишь буквы? Покажи мне «б».
Девочка растерянно уставилась на бумагу.
- Ты знаешь, – подбадривала ее Айви. – Ты можешь это сделать. У «Б» – большой круглый животик, а сверху – крючок.
Очень медленно, неуверенно малышка вытянула вперед пальчик. Ее лицо застыло в напряжении, когда она ткнула пальцем в пергамент.
- Умница! – закричала Айви, радостно смеясь. – Молодчина! Ну вот, теперь ты знаешь букву «б». Какая ты замечательная ученица!
Девочка тихо засмеялась, губы ее растянулись в улыбке, худенькие плечи вздрагивали.
- Какая замечательная учительница, – поправил Джулиан.
Заметив его, Айви подняла глаза, ее улыбка померкла.
- Слава Богу, ты вернулся. Ты уже говорил с Сюзанной или с леди Маргарет?
- С обеими.
У камина стоял стул с высокой спинкой, и Рамсден пододвинул его поближе. Оглядев стул, он нахмурился:
- Я что-то не помню этого стула. Он новый?
- Нет, он был сломан. Я нашла его на балконе для музыкантов. И сиденье было порвано, поэтому я пришила заплатку. Если присмотришься внимательнее, то увидишь, что она из той же парчи, что и платье нашей малышки.