Помолчав, обдумывая, что ответить, Кикки выдохнул.
-Что ты хочешь сказать им?
- Я хочу знать, что случилось с сожженным, кем он им был и с кем общался? Набросились на меня точно не просто так.
- Ты считаешь, что он умер не естественной смертью?
- Это очевидно по харам в костюмах воронов. - Видя непонимание в глазах Кикки, он продолжил, - они считают, что ворон - проводник в загробный мир для душ, покинувших тело не по своему желанию.
- Откуда у тебя такие познания?
- Я отвечу на все ваши вопросы позже, а сейчас помогите мне.
- Хорошо, - кивнул головой Кикки и обратился к харам, - xeryd sow ma-isiw rax.
Хара замолкла, а затем подняла желтоватые глаза с вертикальными зрачками.
- Isesat awat miri ama?
- Inen miri ama daw nib c im, - он показал на полыхающий костер.
- Iw i nab, - начала хара, - iw wan nafar, wanan nafar.
- Wy iw menai?
- Ma ama, iw wa gomi ra ha inab, - ее взгляд потускнел, а тело, как будто потеряло всякую возможность двигаться, в мыслях она перенеслась в тот день, - pa naha.
- Iw xapi?
- Ma dia, - она помолчала и добавила, - ma ama.
- I ama! – воскликнул ребенок. – Ama, ite sahosi anax.
Кикки, до этого стоявший уверенно, покачнулся. Глаза его нахмурились, а запястья сжались в кулаки.
- Naxat iba?
- Si.
- Sodadit?
Ребенок внимательно посмотрел на мать, молчаливо спрашивая разрешения, а та лишь кивнула – позволяя рассказать.
- Si, - он отлип от объятий матери и повернулся к собеседнику, - qai anax, an wy inapuw. Bakoky kom waw, - он глянул на Найджела, после чего отметил, - wanixow madoh.
- Что говорит? – взволнованно прозвучал маг.
- Мало полезного, но точно могу сказать, что вас можно вычеркнуть из списка подозреваемых. Тот человек, с которым встречался его отец, имел волнистые черные волосы, а у вас они прямые и короткие, более того – вы не похожи на королевского ребенка.
- Вы так думаете?
- А вы считаете, что вы похожи? – усмехнулся алхимик. – Из нас двоих – я больше похож на наследника престола.
- Не могу не согласится, - похмурился Найджел. – Ладно, можете спросить, слышал ли он о чем его отец говорил с тем прекрасным человеком?
- Без проблем, мне самому это было интересно. – он снова обратился к ребенку, - ama c wa wafa?
- Si, anax iam ifad.
- Ifad? Wy?
- Dod. I ifad ma anax maa.
- Ra sa ite ma anun?
- Si.
- Что теперь?
- Говорит, что тот человек предлагал сбежать. – он потер лоб. – Бессмыслица какая-то.
- И правда. - мужчина не на долго ушел в раздумья, а вернувшись из них, вопросительно глянул на Кикки, - как на их языке звучат слова благодарности?
- Hasy. – коротко ответил светловолосый. – Конечно у них есть и другие варианты, но этого будет достаточно.
- Хорошо, - он воодушевленно развернулся к харам, - hasy.
- Wani! - прикрикнул Кикки, взмахивая рукой, давая понять, чтобы они уходили, - нам бы тоже пора идти. Темнеет.
- Вы правы.
Они пошли вдоль заснеженной улочки, подальше от площади для сожжения. Снег под ногами приятно похрустывал, а солнце исчезало все больше за горизонт. Но даже когда оно пропадало полностью – тут было светло, как на закате.
- Откуда вы так хорошо знаете их язык? Вы его изучали?
- О, не стоит скромничать в комплиментах! Я знаю их язык с рождения, точнее, оказывается всю свою жизнь знал.
- Это как?
- Их язык похож на мой родной, Кантский. – все его тело, как током ударило, - Аж мерзко.
- Удивительно, что они переняли так много от народа Канто. Язык и обычаи…
- Мне бы хотелось, чтобы они их забыли и не вспоминали.
- Не думаю, что это когда-нибудь произойдет.
Кикки удивленно глянул на собеседника.
- Вот не пойму, с чего такая доброта к тем, кто уничтожил половину солдат во время войны на Канто-Бучи?
- Половину? – теперь уже удивлялся Найджел. – Они же совершенно обычные существа.
- Ты называешь обычными тех, кто выглядят иначе чем мы, стараешься с ними поговорить, удивляешься тому, что они что-то переняли от моего народа. Да ты и правда нечто! - засмеялся парень. – Но, как я уже говорил, они не более чем звери.