- Отлично, стой тут.
- Что? – вздрогнула девушка.
- Я сказал: стой тут.
- Ладно.
Гортензий, который не горел желанием кого-либо успокаивать, отправился в противоположную часть теплицы.
- Надеюсь вы оба меня слышите!
- Да! – отозвался мужской голос.
- Да! – повторила за ним Камилла.
- Замечательно! А теперь взялись!
Взметнув руки, Камилла подчинилась указаниям старика, представив то, как хватается тяжелую конструкцию и сдвигает ее с места. Кольца сверкнули, шарниры скрипнули, металл заскрежетал. Купол разделился на две половины, будто по нему сделали ровный разрез. А затем еще раз скрипнул – расширив зазор. Свежий, прохладный воздух метнулся в теплицу и тут же растворился в душном своем собрате. Все растения слегка качнулись от ветра, издав непродолжительный шелест листвы.
Это по новой напомнило Камилле о доме, об их огромном саде с розами, тюльпанами, лилиями и, Мекрен знает, еще с какими цветами. О том как они с братом любили проводить свободное время в саду, в тени огромного безымянного дерева. Она лазила по дереву в то время, как брат сидел под ним за очередной, по ее мнению, скучной книгой. Лишь через пару лет она узнала, что такое «взрослые романы» и почему ей строго настрого запрещали их трогать.
Сейчас, вспоминая те времена у нее вставал ком в горле. Все произошедшее никак не укладывалось у нее в голове. Но самым невероятным было то, что она еще может встретить брата, если все предположения окажутся верными. Как бы ей хотелось сейчас с ним встретиться, рассказать обо всем.
Надо бы написать Асцеле – пронеслось в ее голове украдкой. Глубоко в душе она надеялась, что до Критоса новости еще не дошли, а если и дошли, то неверные. В конце концов, совсем малому количеству людей нравиться выслушивать то, как их отчитывают.
Глянув украдкой на Найджела, через заросли кустарников. Он явно не особо напрягался для того, чтобы двигать такую махину. Даже если бы она сегодня не смогла прийти, Найджел с Гортензием совершенно точно справились бы. Ей стало интересно, а есть ли кто-то, кому он может написать, рассказать обо всем происшедшем? Расскажет ли он этому кому-то о ней или умолчит? Может быть уже написал. А если никого нет – не одиноко ли ему? Сердце сжалось от пронизывающей грусти, а купол скрипнул в ответ – оповещая о полном открытии. Наконец можно было расслабиться.
Встряхнув руками, она сбросила оковы магии с механизмов. Сжавшись от страха, девушка присела на корточки стараясь отдышаться.
- С вами все хорошо? – крикнул Найджел, пробираясь по тропинкам к девушке.
Она лишь моргнула, возвращаясь в мир из своих мыслей, и помотала головой.
- Все хорошо.
- Могу ли я вам верить, - он замялся, но подошел ближе, - когда вижу совершенно обратное?
- Волноваться не о чем.
- Простите, мне следовало сделать все в одиночку.
- Не говорите так, со мной все в порядке, лишь небольшая паника. Вам незачем меня жалеть, но вы почему-то это делаете.
- Не знаю почему… наверное, сужу по себе, - он неловко улыбнулся и замолчал.
- Вам приходилось переживать подобное?
- Не подобное, но приносящее не меньшую долю переживаний, - его улыбка стала нервной.
- Если вы желаете это обсудить, то я вас выслушаю.
- Не поймите меня неправильно, но я бы предпочел это зарыть глубоко в душе и не вспоминать, - с его лица исчезла улыбка, а глаза прожигали одну точку где-то в далеке.
- Хорошо, но, если когда-нибудь захочется кому-нибудь рассказать о своем прошлом – я к вашим услугам.
- Вам действительно интересно мое прошлое или это чувство долга, который нужно вернуть?
- Мне действительно интересно, что скрывает ваше прошлое, но настаивать я не имею права.
Входная дверь скрипнула, и в помещение вбежала девушка, в помятом темно бордовом платье, поверх которого был криво надет рабочий халат. Стуча каблуками, она подбежала к Камилле с Найджелом, остановившись и опершись руками на колени.