– Это я-то спятил? Тогда почему же ты раздеваешься? Может, просто у тебя кое-что осталось и ты боишься, что я найду это? Ты решила, что я сейчас убегу и дам тебе шанс избавиться от улики? – Джаред рассмеялся. Теперь оба понимали, что этот номер не пройдет. – Надо было сразу выбросить все подозрительное, Маргарет, не мешкая, – улыбнулся он. – Хотя ты, наверное, замышляла предпринять вторую попытку, не так ли?
Джаред попал как раз в точку, только она не должна была ни в коем случае показать ему этого. И Бесс продолжала строить из себя невинную жертву:
– Тут ничего нет. Ты напрасно тратишь время.
– Вот уж не думаю. Где ты хранишь мышьяк, Маргарет? Может, в шкафу, вместе со своими безделушками? – Он распахнул дверцы и даже заморгал при виде огромных серебряных подсвечников. Совсем недавно они украшали большой обеденный стол. Джаред расхохотался: – Ну и ну! Ты не только потаскушка и убийца, но еще и воровка в придачу! Ну кто бы мог подумать?
– Это не я их сюда положила. – Бесс чувствовала, что на сей раз она попалась. Надо было срочно делать что-нибудь, что-то говорить, лишь бы выпутаться. Мышьяк лежал у нее под матрасом – до него Джареду никак не добраться. Она не допустит этого.
– Ну конечно, не ты! Наверное, это Бекки. Это она принесла сюда подсвечники, чтобы почистить их на досуге, – язвительно отозвался он. – А может быть, ты сама решила отработать свое проживание здесь, хотя бы немного пособив по дому? – Джаред с омерзением взглянул на девицу, зная, что она всю жизнь прожила, ничего не делая, и даже пальцем ни разу не пошевелила, чтобы помочь сестре по хозяйству. – Нет я не сомневаюсь, меня ждет еще много увлекательных находок, – сказал он как бы самому себе. – Интересно, что еще пропало из дома?
– Нет, я… Просто… мне нужен был свет. Было очень темно, и я ничего не видела, когда шла вниз ночью. И тогда я взяла…
– Два канделябра? – усмехнулся Джаред. – Да уж, похоже, тьма стояла кромешная.
– Но я только это смогла найти. Джаред, пожалуйста, ты должен мне поверить.
– Только что ты говорила, что не сама положила их сюда.
– Но ведь ты сразу подумал, будто я их стащила, и я хотела сказать только, что это не так.
Джаред снова рассмеялся. Он знал, что она врет, но ни разу не слышал, чтобы человек делал это так бесстыдно. Очевидно, Маргарет чего-то сильно испугалась. И он продолжил поиски.
В глубине шкафа лежала маленькая сумочка. Достав ее, Джаред вытряхнул содержимое на кровать и даже рассмеялся при виде тех предметов, которые рассыпались по покрывалу. Среди них оказались часики Фелисити, которые она обычно носила на лифе платья, флакончик дорогих духов, ожерелье из прекрасного жемчуга и та самая камея, которую он подарил ей в первую брачную ночь. Кроме того, тут были бриллиантовая шляпная булавка, изумрудные серьги и несколько шелковых платочков.
Джаред снова поднял глаза на Маргарет и слегка удивился, увидев, что теперь на ней лишь панталоны и чулки, а грудь полностью обнажена и открыта его глазам. Это не слишком сильно его поразило, поскольку она уже не единожды являлась перед ним в таком виде. Ей вообще ничего не стоило раздеться в присутствии мужчины – очевидно, она проделывала это довольно часто. Но какое ему до этого дело? Джаред только пожал плечами:
– Все это тебе тоже потребовалось для освещения?
Бесс поняла, что игра окончена. Она никак не могла объяснить присутствие личных вещей Фелисити в своем шкафу. Конечно, можно было соврать, будто она понятия не имеет, каким образом они сюда попали, но едва ли он поверит в такую чушь. Сейчас она видела лишь один способ выпутаться. Единственный и верный способ. Она быстро приблизилась к Джареду и сказала:
– Ну ладно. Я действительно все это украла. Мне нужны были деньги.
– Я бы сказал, много денег, если учесть размеры кражи.
– Это все Фрэнк. Он заставил меня. – Бесс была мастерицей пускать слезу. Прозрачная капля отделилась от ресниц и покатилась по ее красивому личику. – Клянусь, я никогда бы не сделала этого, если бы он не пригрозил, что убьет меня, и не потребовал достать кругленькую сумму.
Джаред недоверчиво смотрел на нее, стараясь не поддаться очередной лжи.
– Оденься немедленно.
– Посмотри, – неожиданно сказала Маргарет, повернувшись спиной к собеседнику, – посмотри, что он со мной сделал.
Джаред бросил взгляд на шрамы, идущие через всю ее спину, но это были старые следы. Да, ее действительно били, но очень давно.
– Откуда у тебя эти полосы? Признавайся! Может, кто-нибудь из твоих клиентов любит развлечения с плетью?
Джаред даже не догадывался, насколько он близок к истине, а Бесс пришла в ужас от того, что после всех своих страданий и тоски, в этом проклятом приличном доме так ничего и не получит. Чувствуя, что денежки уплывают, она решилась в последний раз сменить тактику:
– Послушай, Джаред, давай обо всем договоримся. Обещаю тебе, что больше ничего не стану брать. Хорошо?
– Боюсь, что мы не договоримся.
– А убытки я обязуюсь восполнить.
– Но как? Промышляя своим грязным ремеслом?
Она пожала плечами, знал, что бесполезно теперь отрицать что-либо.
– Мужчины хорошо платят за удовольствия, которые я им предоставляю. Ты тоже мог бы посмотреть, на что я способна, Джаред, если бы захотел. Ты сразу поймешь, почему они столь щедры, лишь только узнаешь, как я их трогаю руками, губами, языком… Поверь, мне известно немало всяких забавных штучек.
– Не сомневаюсь. Одевайся.
– А между прочим, мужчины любят хватать меня здесь. – Она вдруг подняла обе груди, словно предоставляя их на суд Джареда, и он, человек, который ни разу еще не отказывался взглянуть на женские прелести, испытал лишь легкую тошноту. – Ну-ка потрогай их. Вот увидишь, тебе понравится.
– Я требую, чтобы ты сегодня же покинула этот дом. Фелисити считает тебя достойным, приличным человеком…
– Твоя Фелисити дура! Кроме своих благородных манер, она ни в чем не разбирается и не знает, как сделать мужчину счастливым. Я бы могла…
– Заткнись!
Бесс жестоко ошибалась. Более серьезной оплошности она не могла бы совершить. Ведь те несколько недель, которые Джаред прожил со своей молодой женой, стали самым счастливым периодом в его жизни.
Понизив голос до шепота, он с омерзением уставился в ненавистное лицо:
– Вот тебе мое последнее предложение. Убирайся отсюда немедленно, чтобы духу твоего тут больше не было!
– А взамен? – спросила Бесс, не забыв поинтересоваться, чем он готов вознаградить ее за это.
– А взамен я никому не расскажу, где все это время были пропавшие ценности.
Бесс была в настоящей панике. Она даже говорила теперь намного громче, чем требовалось:
– И мне ничего нельзя взять с собой?
– Я думаю, ты и так уже взяла гораздо больше, чем это позволительно. К тому же Томас – я в этом не сомневаюсь, – не лишит тебя содержания. Этих денег вполне хватит, чтобы снять жилье.
Больше всех на свете Бесс ненавидела старика Драйдена и вечно будет ненавидеть его за то, что стало с ее матерью. Она полагала, что несчастная Кора Роудс никогда не пошла бы по рукам, если бы Томас был ее постоянным любовником. Но даже та лютая ненависть, которую она питала к этому старому самовлюбленному павлину, не шла ни в какое сравнение с ее нынешними переживаниями. Если бы Бесс могла, она немедленно убила бы Джареда прямо на месте.
Он не видел, что происходит у него за спиной, зато Бесс была начеку. Едва заметив краешек голубого платья Фелисити, который показался из-за приоткрывшейся двери, она быстро закрыла лицо руками. План действий моментально созрел в ее голове. Она уже знала, как использовать ситуацию и повернуть все в свою пользу. Сейчас надо разделаться с этим негодяем, а потом уж можно будет как-нибудь добраться и до старика. «Глупец, знал бы ты, кому решил угрожать!»