Виктория застонала, теряясь в нем. Ее губы стали опухшими и горячими, веки отяжелели от наркотического эффекта которым Макс умело соблазнял. Его горячие слова эхом промчались в ее голове, его заявление о неконтролируемой одержимости эротического контраста до абсолютного контроля при общении с ней.
Когда она стала задыхаться, а тело стало безвольным, он отстранился от нее. Пробегаясь языком наряду с поцелуями по изгибам ее рта, он пробормотал,
- Сначала ужин.
Виктория кивнула, но разум ее не успокоился. Она уже потеряла человека, которого когда то любила. Будь она проклята, если будет тихо сидеть, пока это снова не случиться.
Глава 3
Макс зацепил еще один кусочек морского гребешка, окунул его с соленный сливочный соус, затем поднес к пухлым губам Виктории. Начав жевать, она замурлыкала, ее ноготки прошлись по его бедрам, когда она проглотила. Гордость и радость разлились в нем, вместе с жаром от двойной порции хорошего виски.
Она покачала головой, когда он захватил еще один кусок.
- Хватит. Я не смогу съесть еще один кусочек.
Опустив вилку, он наклонился ближе и слизнул остатки сливок с уголка ее губ. Он никогда не думал что у него буде Знакомая. Никогда не верил, что захочет ответственности. Но наблюдая за Викторией - кормя ее, купая ее, любя ее - понимал что она была причиной по которой он дышал.
- Ты принесла фильм, - напомнил он. - Ты хочешь его посмотреть?
- А ты? - Ее голос был мягким и хриплым, ее щечки покраснели от прилива жизненной силы.
Она была слишком худой, когда они впервые встретились, страдая от отсутствия Мастера, который бы заботился о ней. Она потеряла своего прежнего мага Дариуса, два столетия назад, и пренебрежение взяло верх над всем, и над ее внешним видом и над темпераментом. Она почти одичала, терроризируя Высший Совет разными вредными действиями, и перехитряя многочисленных Охотников, которых они посылали, чтобы укротить ее.
Любя в ней этот дух, Макс был осторожен в его заботе о ней с тех пор как она стала его, сохраняя твердую руку под которой Знакомая процветала, но при этом давая ей достаточно пространства чтобы она могла бросить ему вызов. Это был тонкий баланс, один из тех что сдерживал их обоих. Он любил ее каждым вздохом своего тела, желая ее с огромной нуждой, которая была неутолима.
- Давай посмотрим его, - сказал он, желая сдержать ее пока он просчитывает следующий, наилучший шаг. Ранее он получил больше чем оргазм, он получил представление насколько опасна была его охота на Сириуса и Ксандера. Магия, которую он вливал в Викторию, была заражена и она очистила ее для него, восстанавливая его самообладание, но чего это стоило ей?
Виктория принесла вино и бокалы в гостиную, пока он убирал стол. Когда он присоединился к ней в огромном пространстве гостиной их апартаментов, он увидел мерцающие свечи на каждой поверхности в комнате и его женщину, свернувшуюся калачиком на диване с пультом в руках. Он несколько секунд изучал ее тело, поблескивающее золотом в свете свечей, затем щелчком пальцев зажег камин. Утопая на диване, он улыбнулся, когда она прижалась к нему и включила фильм. Ее выбор «Неудержимых 2», заставил его ухмыльнуться. Это было так . . . в этом была вся она. Откинувшись на подушки, он провел пальцами по ее волосам и подумал, как лучше заманить свою жертву в ловушку.
Прошла половина фильма, когда он решил, что Виктория заслужила награду. Он знал подчинение давалось ей не легко, частично из-за ее природы, частично из-за Дариуса, который передал ей свою магию, когда умирал в бою с Триумвиратом. Она была самой сильной Знакомой, о которой когда-либо слышал Совет, и его спаривание с ней с самым опытным Охотником, делало ее еще мощнее. Для нее было сложно уступить контроль, что делало ее еще более бесценной для него.
Благодарный за ее любовь и доверие, он погладил рукой изящный изгиб ее позвоночника, затем проскользнул под подол халата, чтобы с ней поиграть.
Она повернула голову, чтобы прижаться к нему, ее дыхание возле его шеи, было горячим, когда она прошептала.
- Ох, Макс . . . Я люблю когда ты прикасаешься ко мне.
Он притянул ее на свои колени лицом к телевизору, раскрывая ее ноги по сторонам от него, чтобы открыть ее для его исследующих прикосновений. Ее голова откинулась на его плечо, ее дыхание ускорилось, когда он раскрыл ее и помассировал клитор. Повернув голову, он языком провел по ее ушной раковине, его член твердый и ноющий уперся в изгиб ее попки.