Глава 24
Вера исчезла за дверью, а Юрик ещё минуты три пялился на то место, где она только что стояла. Вид у него был слегка ошарашенный, словно он увидел привидение.
- Нет, - наконец очнулся он, - вы только посмотрите на это свинство! Ведь только что договорились не расползаться в разные стороны, как тараканы. Куда её понесла нелёгкая?
Очаровашка Миля равнодушно пожала плечами. Её этот вопрос не волновал. Чего сейчас прятаться, если «колода» прекрасно осведомлена об их местоположении. И не надо для этого быть колдуном или экстрасенсом – полиция, которая их разместила в этой занюханной, заплёваной общаге, всё расскажет и покажет каждому, кто проявит хоть какой-то интерес к их скромным персонам.
- У меня такое чувство, - робко призналась она, - что стоит мне открыть дверь, а за ней пустота, ничего, только смерть.
Эдик едва слышно выругался.
- Что за чушь ты несёшь?! – Возмутился он и распахнул дверь.
На пороге стояла Вера и вертела на пальце связку ключей. Лицо её сияло и всем без дополнительных объяснений стало понятно, что девушка каким-то образом ухитрилась решить их проблему менее чем за десять минут. Чудеса да и только.
- Так, мальчиши-плохиши, собираемся и сваливаем отсюда, пока к нам не нагрянули гости.
Даже невозмутимый Шут не смог удержаться от радостного возгласа:
- Ты всё уладила? Как?
Вера издевательски рассмеялась.
- Нет, ну вы, мужчины, как дети малые, честное слово! Можете придумывать грандиозные планы, ничего толком до конца не продумав и при этом не в состоянии решить самую простую насущную задачку. Тоже мне теорема Ферма. Я просто спустилась на первый этаж и поговорила с вахтёршей. Она такая сердобольная бабулька, пожалела погорельцев и сразу же прониклась к нашим бедам и даже дала мне ключ от своей квартиры, чтобы мы привели себя в порядок и отдохнули, а ещё дала свои данные. Сейчас мы поедем к ней, а оттуда Юрец позвонит Кириллу, чтобы тот выслал нам денег на имя бабы Ани – так зовут нашу спасительницу. Только, ребята, я сразу предупреждаю, что надо будет её отблагодарить, так что просите у Соколова побольше, чтобы хватило на всё. Ничего, он не разорится - у него клиентура солидная.
Посрамлённые парни стыдливо опустили головы, а Миля не смогла скрыть своего восхищения этой тощей девицей с глазами ведьмы. Как же легко и быстро она всё утрясла!
- Детка, - восторженно воскликнул Шут, - знаешь, за что я тебя люблю? За твой могучий ум…
И тут же схлопотал звонкую пощёчину. Оторопев от неожиданности, Юрик растерянно спросил:
- За что?
- Никогда не зови меня деткой, - зло процедила сквозь зубы Вера, - терпеть не могу подобной фамильярности и вообще, какое-то вульгарное слово. Ты меня понял?
Шут растерянно потёр щёку, немного подумал и ответил с нехорошей улыбкой:
- Вообще-то пощёчине обычно предшествует поцелуй, а ты мне съездила по мордасам авансом. Нехорошо это, получается, что теперь ты моя должница.
Неожиданно он сделал резкий выпад, схватил девушку за руку и притянул к себе. Вера ничего не понимала, а Шут склонился к ней и впился в её губы долгим, жадным поцелуем. Девушка быстро пришла в себя и принялась отчаянно сопротивляться, но куда ей, такой тоненькой, слабенькой тягаться с сильным, жилистым парнем.
- Ну, вот, теперь мы квиты, - всё с той же двусмысленной ухмылкой заявил Юрий, неохотно выпуская Веру из своих объятий и тут же получил ещё один удар по лицу, на этот раз кулаком.
- У тебя тяжёлая рука, - хрипло произнёс Шут, - так ты со мной никогда не расплатишься.
Эдик и Миля с интересом наблюдали за ними, не решаясь вмешаться.
- А ты меня ударь, - крикнула Вера с вызовом и приготовилась дать решительный отпор.
- Как глупо, - ответил тот, - я никогда не бью женщин – это нерезультативно. Есть более действенные методы укрощения строптивых.
И Вера, и Эмилия замолчали, ожидая продолжения, им было интересно, что же имел в виду Шут.
- Самый надёжный способ поставить на место зарвавшуюся и ничего не желающую понимать женщину – это просто развернуться и уйти.
Вера наигранно рассмеялась, давая понять Юрику, что он сморозил какую-то чудовищную глупость, а Миля задумалась. В словах Шута она с удивлением обнаружила железную логику и хорошее знание женской психологии. У неё такое бывало и не раз. Даже не любя своего мужа и страдая от его выходок, она никак не могла его отпустить. Уходила, а потом возвращалась по первому же зову. Интересно, почему так, привычка, что ли, или так боялась одиночества? И зря эта верста коломенская смеётся, прав Юрик, ой, как он прав!