Вот только тратить эти деньги Миле не хотелось. Она твёрдо для себя решила, что, как только муж вернётся домой, она сразу же подаст на развод.
- Ничего, не век я буду сидеть без работы, - успокаивала она себя, - потом компенсирую то, что потратила с зарплаты. Зависеть от этого стрекозла я не буду. Будем считать, что я взяла у него в долг.
Странно, что, не смотря на все нелестные эпитеты, которыми Миля награждала своего мужа, она не испытывала к нему никаких негативных чувств. Наверное, потому, что никогда его не любила.
***
Откинувшись на спинку кресла, Миля принялась обдумывать своё бесперспективное будущее. Она вновь осталась без работы и уже почти отчаялась хоть как-то наладить свою жизнь. Ничего у неё не складывалось. Какая-то нелепая, бессмысленная жизнь. Куда бы она ни повернула, что бы ни сделала, каждый раз девушка вновь и вновь оказывалась в тупике. Наваждение какое-то. Как будто кто-то невидимый водит её по замкнутому кругу и не даёт вырваться на свободу. Каждый раз повторяется одна и та же ситуация. Двадцать семь лет, а за спиной нет ничего, ни нормальной семьи, ни работы, только разбитое корыто и никакой золотой рыбки на горизонте.
Нелепый и никому ненужный брак, постоянные неудачи на работе и не видно никакого просвета. Так было, есть и так будет. Миля всхлипнула и приготовилась плакать долго и старательно. Слёзы иногда помогают избавиться от той безысходности, что скопилась в душе.
Подозрительные звуки заставили девушку забыть о своих проблемах. Кто-то ковырялся в замке. Первая мысль, которая мелькнула у неё в голове – Эдик вернулся. Вторая – Эдик вернулся пьяный в стельку, потому что никак не может открыть дверь. А вот третья мысль её немного напугала – воры. Сейчас вломятся в квартиру, проломят ей голову и вынесут всё до нитки. То, что обворуют – это пустяки, а вот проломленная голова – это уже серьёзная проблема.
Дверь открылась и в коридоре раздались тихие шаги. Пьяный Эдик никогда не ходил так осторожно. В пьяном виде он обычно, как ледокол, всё крушил на своём пути, оставляя за своей спиной груды осколков.
- Эдик, ты вернулся? – Спросила Очаровашка Миля звонким от волнения голосом. – Почему не позвонил, не предупредил?
Никакого ответа. Тот, кто только что вошёл в её квартиру, точно не её муж. Если бы это был Эдик, то сейчас на неё обрушилась целая гора всевозможных обвинений и упрёков. И вообще, всё слишком тихо для пьяного Эдика.
Миля напряглась, но выходить в тёмный коридор не рискнула. Взглядом она обшарила комнату, выискивая что-нибудь тяжёлое. В углу у кровати, на гладильной доске она обнаружила утюг.
Метнувшись к единственному предмету, который мог бы ей подойти, как оружие самообороны, Миля не успела заметить, как в комнату вошёл чужак. И это хорошо, если бы она увидела его раньше, то от ужаса уже ничего не смогла бы предпринять, потому что у неё дома теперь находился тот самый маньяк, от которого она минут двадцать тому назад так лихо улепётывала на высоких каблуках по колдобинам и ухабам родного двора.
- Мамочка, - пропищала девушка, чувствуя, как потеют её ладони, а утюг вдруг стал таким тяжёлым, что она с трудом удерживала его в руке. – Кто вы такой? Что вам от меня надо?
Незнакомец ничего не ответил, он разглядывал девушку с таким видом, словно и сам не понимал, зачем он здесь и что ему делать дальше. Видно было, что он чувствует себя крайне неуверенно. Куда только подевалась та неприятная хищная ухмылка, которая так напугала Милю в автобусе?
- Послушайте, - решила воспользоваться неожиданной паузой девушка, - давайте я вам отдам все деньги, а вы уйдёте, а? Я не пойду в милицию, честно.
Зря она это сказала. Услышав её голос, мужчина встрепенулся, как будто проснулся от долгого сна и, не мигая, глядя ей в глаза, тихо, но властно произнёс:
- Сейчас ты пойдёшь со мной.
- Никуда я не пойду, - возмутилась Миля. Она решила, что, если уж ей суждено умереть, то уж лучше дома, а не в каком-то грязном обшарпанном подвале или на стройке. – Предупреждаю, что я буду кричать.
Сказала это и сама удивилась своей наивности. Да хоть заорись, всё равно никто не придёт на помощь – такой уж народ в подъезде. Все живут по принципу: моя хата с краю.
- Пошли, - приказал незваный гость.
Его взгляд пронзал девушку, словно длинная острая игла. Рука разжалась сама собой и утюг с грохотом упал на пол. Подчиняясь какой-то неведомой силе, Миля сделала шаг навстречу незнакомцу. И тут же, спохватившись, попятилась обратно.