- Шут, - непривычно робко спросил он, - а ты уже прошёл инициацию?
- Этот чёртовый «путь к себе», что ли? – Равнодушно уточнил Юрий, наливая в чашку душистый чай. – Прошёл. Блин, какая же это дрянь!
Кирилл не понял к чему относится последнее восклицание Шута и искренне возмутился:
-Ничего не дрянь. Хороший чай, с жасмином.
Шут наклонился над чашкой, вдыхая аромат и согласился:
- Чай-то хорош, а вот сам обряд – гадость. Знал бы ты, как мне было хреново! Твою мать! Я даже грешным делом подумал, что в прошлой жизни я был фонтаном.
- Каким фонтаном? – Оторопел Кир, который надеялся услышать, полную тайн и глубоких душевных переживаний, историю обретения самого себя. Сам он ещё не совершал этот ритуал и его безумно интересовало, что же чувствовали люди, его прошедшие.
- Не знаю, - признался Шут, - может быть, фонтаном «Дружба народов», что на ВВЦ, а может, «Вулкан» из Абу Даби, в мире много разных фонтанов, выбирай на своё усмотрение.
Кириллу Соколову казалось, что он попал в сумасшедший дом и теперь его собеседниками будут исключительно психи, вернее, один псих за всех. Но и этого одного ему хватало с головой.
- Почему? – Простонал он, чувствуя себя, как Алиса в Зазеркалье. – Почему фонтаном?
Он ожидал каких-то откровений, невероятных признаний, чего-то такого, что соответствовало бы таинству, но в ответ услышал другое:
- Потому что я блевал так, что чуть не выблевал собственный желудок. А ты надеялся услышать романтическую историю об удивительных откровениях и о сошествии с небес белокрылых ангелов, да?
не смотря на глумливую ухмылочку и легкомысленный тон, Юрию было неприятно вспоминать сам момент посвящения. До сих пор он не может без содрогания вспоминать события того вечера, когда он поднялся на Медведицкую гряду на склон бешеных молний. Он замер в ожидании божественных откровений, а вместо этого увидел такое, от чего кожа покрылась липким потом, а руки и ноги дрожали словно от сильного похмелья. Обожжённые деревья, словно подчиняясь какому-то приказу, протянули в его сторону корявые ветки, а почва под ногами вдруг забурлила, как кипящая в чайнике вода. Потом прямо из-под земли вырвался целый рой шаровых молний, окружил его, заставив замереть, затаив дыхание и вдруг закружился с сумасшедшей скоростью. Неожиданно прекратив свой безумный хоровод, молнии сузили кольцо вокруг Шута и все разом набросились на него. Много раз они проходили сквозь него, не причиняя никакого вреда. В горле першило, а в голове звонили невидимые колокола. А потом ему стало так плохо, как не было никогда до этого момента. Он несколько раз умирал и вновь возвращался к жизни. Его не просто тошнило, его выворачивало на изнанку. И лишь, когда это безумие закончилось, Юрий Бессонов ощутил невероятный прилив сил и удивительную лёгкость. Ему казалось, что он может всё! Мысли в голове, стали ясными и чистыми, как будто их выстирали самым лучшим стиральным порошком. Но это потом, а сначала был кошмар…
«Всё не так, - думал Кирилл, - всё как-то по-идиотски. Зачем он здесь? Что ему надо?»
- Интересно, - сказал он задумчиво, - а как Эдик узнал, что Эми у меня? Он, что, тоже телепат?
Ответом ему был издевательский смех Шута, который вполне мог бы служить ответом, но Юрику хотелось получить максимум удовольствия от всей это нелепой ситуации. Чувствуя полную безнаказанность, он продолжал изводить Отшельника, опуская у того самооценку всё ниже и ниже, как будто мстил за что-то.
- Ну, ты тупой! – Восхищённо воскликнул он. – Да я, как только увидел, что Милька села к тебе в машину, сразу ему позвонил. Говорю: «Так вот ты какой, северный олень». А этот болван ничего не понял и послал меня подальше. Пришлось объяснять ему, что, если он срочно не явится по названному мной адресу, то скоро на его голове заколосятся красивые, ветвистые рога. Молодец я, правда?
- Сволочь! – Прошипел Кир, бессильно сжимая кулаки. – Какая же ты редкая сволочь!
- Знаю, - гордо согласился Шут, - сам себя иногда боюсь. Но ты ведь Эми пригласил не из благих побуждений, верно? А она такая наивная, беззащитная… Не, Кирюша, должен же кто-нибудь заступиться за девушку, как думаешь?
- Зачем, зачем ты это сделал? Чем я тебе не угодил? Или… - он замер, - ты тоже запал на эту крошку?
Юрий задумался. Нет, Эмилия Вострецова никогда не интересовала его, как женщина, она была не в его вкусе. Шута никогда не привлекали карамельно-кукольные блондинки. Ему нравились высокие, стройные брюнетки с матовой кожей и злыми глазами. Непредсказуемые, как землетрясение и едкие, как кислота. Вот нынешний проводник – это да, это то, что надо, вот только откормить бы её немного, а то кости торчат во все стороны, как частокол. Но, как говорится, были бы кости, а мясо нарастёт. А с её тараканами в голове Шут бы справился – в этом он уверен. Нет, у Очаровашки Мили нет ни малейшего шанса покорить сердце Шута.