Вера, которую из-за нехватки места, уложили на колени, сидящим на заднем сидении Юрику, Эдику и Миле, даже ухитрилась заснуть, что показалось Очаровашке совершенно невероятным.
- У неё, кажется, вообще нет нервов, - пробормотала Миля удивлённо, - или она действительно робот.
Юрик, который осторожно, чтобы не разбудить, гладил Падающую башню по волосам, позволил себе слегка психануть.
- Сама ты робот, - обиделся он, - устал человек, что тут странного.
- Ну, - покорно вздохнула Миля, - во мне иногда просыпается стерва…
- А по-моему, - хмыкнул Шут, - она в тебе никогда и не спит.
На этом все разговоры резко оборвались.
Они приехали на окраину города в какой-то гаражный кооператив и остановились у одного из гаражей. В воздухе пахло бензином, соляркой и почему-то краской. На двери висел надёжный замок.
- Вы уверены, что это здесь? – С сомнением спросил отец девочки. – Гараж ведь заперт снаружи. Может, Кирилл ошибся?
Юрик к чему-то прислушался и уверенно заявил:
- Всё верно, тут он свил себе гнездо, вот только здесь есть ещё один вход. Вы ждите, чтобы эта мразь не сбежала, а мы с Эдюхой пойдём с ним разберёмся.
- Я пойду один, - тоном, нетерпящим возражений, заявил Эдик. Я привык работать один.
Шут хотел обидеться, но лишь пожал плечами и остался на месте.
- Как скажешь, - ответил он недовольно, - хозяин – барин. В каждой избушке свои погремушки. Ты уверен, что тебе не нужна помощь?
- Да.
Когда он скрылся за гаражом, Эмилия тяжело вздохнула. Она вынуждена была признаться себе, что до боли в сердце переживает за мужа. А ведь ещё совсем недавно она была уверена, что его судьба её абсолютно не волнует. Её даже стало трясти от напряжённого ожидания и Шуту пришлось её успокаивать.
- Не бойся, твой муж знает, что делает. Жди, скоро он вернётся.
Но первой из-за гаража появилась маленькая девочка. Она еле передвигала ноги и, наверное, упала, если бы её не подхватил на руки подоспевший вовремя отец.
- Слава Богу, – Выдохнула мать, когда увидела свою дочь и разрыдалась, - я боялась, что уже слишком поздно.
- Всё хорошо, что хорошо кончается, - сквозь сон пробормотала Вера, - так и должно быть. Я посчитала…
Эдик вернулся минут через двадцать, молчаливый и серьёзный. Так же, без слов втиснулся в машину, сбросив с сидения Верины ноги и скомандовал:
- Поехали.
- А полицию, полицию, разве, не надо вызвать? – Растерянно спросила женщина, прижимая Анюту к груди. – Ну, чтобы этого урода забрали…
- Нечего там уже забирать, - обнадёжил её Савичев и отвернулся, чтобы никто не мог увидеть его лица. Но Миля, всё-таки, успела ЭТО заметить и сжалась от ужаса, потому что перед ней был уже не её несуразный муж, а совершенно незнакомое, прекрасное, но жуткое существо. У человека не может быть такого взгляда и такой улыбки! Лицо живого, впрочем, и мёртвого тоже, человека не светится в темноте. А глаза, глаза…
«Что же происходит? – Думала она в панике. – Кто он такой? За кого я сдуру выскочила замуж? Хочу домой, к маме».
Машина тронулась, зашуршала под колёсами галька и, только тогда, когда зловещий гараж остался далеко позади, Миля решилась спросить:
- Эдька, что ты с ним сделал?
- То, что он заслужил, - спокойно ответил муж, - и ничего более.
Глава 18
Очаровашка Миля смотрела в зеркало на измученное лицо девочки и сердце у неё сжималось от жалости и тоски. «Нельзя ребёнка оставлять с такими воспоминаниями»: - думала она.
В глазах Анюты чёрным густым дымом клубились ужас и боль. Иногда она прижималась к матери, чтобы убедиться в том, что кошмар закончился, но страх никуда не девался, он по-прежнему сдавливал грудь и горло так, что перехватывало дыхание.
Миля сжала руку мужа и шепнула ему на ухо:
- Посмотри на неё. Надо как-то сделать так, чтобы она всё забыла. Она же ребёнок, как ей дальше с этим жить? Ты сможешь ей помочь?
- Я не могу, а вот он, - Эдик кивнул на Шута, - он, наверное, сможет. Он у нас на все руки мастер – и швец, и жнец, и на дуде игрец.