Узнав от мисс Лайтфизер, что у нее нет не только жениха, но и никакого серьезного претендента на руку и сердце, Гарри ощутил необычайную легкость и едва не взмыл под облака. Но вот завести разговор на политические темы оказалось намного труднее. С первых же слов его спутница так смутилась и выказала столь явное нежелание продолжать, что Комптон был совершенно сбит с толку. Правда, он не посмел настаивать, но твердо решил вернуться к этому вопросу при первом же удобном случае. Что Пенелопа от него скрывает? Может быть, она незаконнорожденная дочь какого-нибудь ярого консерватора? Или выросла среди реакционеров? А вдруг среди членов ее семьи затесался агликанский епископ? Но тут Пенелопа опустила головку на плечо своего поклонника, и у него мигом пропало желание разбираться во всех этих сложностях. Молодого человека окутало блаженное тепло, а на глазах неизвестно почему выступили слезы. Еще никогда в жизни он не испытывал такого счастья. Гарри обнял девушку за талию, и она прильнула к нему. А не воспользоваться ли безлюдностыо этого уединенного уголка для поцелуя? Сдержанность, выработанная в нем суровым пуританским воспитанием, восставала против подобной распущенности, но от Пенелопы исходил такой волшебный аромат - смесь легкого запаха лаванды, душистого перца и корицы (почему корицы? А Бог его знает, только влюбленные способны нести подобную чушь!), что кружилась голова. И Гарри, разом освободившись от всех своих комплексов, уже склонился поближе к мисс Лайтфизер, как вдруг услышал легкое покашливание и открыл глаза. Уголок оказался куда менее уединенным, чем он воображал, поскольку у входа в живую беседку стоял тот самый полицейский, которому Пенелопа улыбнулась в Доркинге, и неодобрительно взирал на влюбленных. Комптон попытался сжать руку Пенелопы, намекая, что не худо бы принять более подходящую для посторонних взглядов позу, но девушка сидела с закрытыми глазами и, нисколько не подозревая, что на них смотрят, нежно мурлыкая, еще крепче прижалась к Гарри.
- Ну, - проворчал полицейский, - и где, по-вашему, вы находитесь?
Услышав замечание, мисс Лайтфизер испуганно вскрикнула, отпрянула от молодого человека и, покраснев как вишня, попыталась вернуть себе утраченное достоинство.
- По-моему, - продолжал констебль, - вы собирались нанести оскорбление общественной нравственности.
Комптон сделал попытку выйти из положения, изобразив уязвленную добродетель.
- О! И как только подобная мысль пришла вам в голову?
- Да просто я уже довольно давно за вами наблюдаю!
Молодой человек не на шутку рассердился.
- Позвольте вам заметить, что такое поведение недостойно джентльмена!
- Но я ведь не джентльмен, а полицейский! Когда я сюда пришел, вы как раз собирались поцеловать эту юную особу... Впрочем, я вас хорошо понимаю и на вашем месте сам бы... Но в том-то и дело, что я не на вашем месте! А потому, сэр, буду весьма признателен, если вы предъявите мне свои документы.
Гарри, недовольно ворча, выполнил приказ. Полисмен проглядел бумаги и тут же вернул владельцу.
- В следующий раз, сэр, постарайтесь ухаживать за дамами с меньшим пылом или по крайней мере убедитесь, что вы действительно одни! А ваши документы, мисс?
Несчастная Пенелопа так смутилась, что уронила сумочку, и все ее содержимое рассыпалось по земле. Констебль вежливо поспешил на помощь и начал собирать пудреницу, помаду, маленькие ножницы, кошелек и разные бумаги. Подняв одну из них и бегло проглядев, он медленно встал и сурово посмотрел на девушку:
- Вы член коммунистической партии, мисс?
В ответ Пенелопа лишь разразилась слезами.
Констебль выглядел очень расстроенным.
- Это, разумеется, не запрещено... и все же досадно...
Но Гарри уже успел прийти в себя от удивления.
- С какой стати? - возмутился он.
- Честно говоря, пока я не могу объяснить, сэр, но в любом случае лучше вам пойти со мной в участок.
Гарри заметил, что всю дорогу, пока полицейская машина везла их обратно в Доркинг, Пенелопа старалась не встречаться с ним глазами. Очевидно, девушка полагала, что после такого разоблачения он немедленно прекратит знакомство. Пенелопа - член партии! Так вот чем объяснялись и ее сдержанность, и уклончивые ответы! Бедное дитя... Знала бы ты, что Гарри сам работает на советскую разведку! Самое паршивое, что его имя может оказаться впутанным в смехотворную историю и записанным рядом со словом "коммунист". Хуже некуда! Решив взять быка за рога, по приезде в участок Комптон сразу потребовал, чтобы их отвели к самому старшему по чину. Ему сообщили, что суперинтендант Аллоуэй еще не приехал и придется подождать.
16 часов 30 минут
В небольшой комнатке за бакалейной лавкой Пимлико Тер-Багдасарьян разговаривал с Федором Александровичем Баланьевым, который официально числился вторым вахтером советского посольства, а на самом деле имел немалый чин в тайной полиции. Именно от него армянин всегда получал приказы.