Гарри Комптон чувствовал, что встретиться с матерью Пенелопы - выше его сил. Ни за что он не сможет беззаботно болтать с этой славной женщиной, зная, что ее в ближайшие несколько часов убьют. Как же он посмотрит ей в глаза? Каким образом, пригласив Пенелопу в кино, смотреть, как девушка прощается с матерью, нисколько не догадываясь, что больше не увидит ее живой? Гарри опасался, что не сможет скрывать правду, весь вечер проведя наедине с девушкой. А возвращение?.. Посмеет ли он проводить ее и поддержать в ту минуту, когда она обнаружит тело миссис Лайтфизер? Это будет тем ужаснее, что Тер-Багдасарьян наверняка пустит в ход нож... И однако Гарри должен выдержать это кошмарное испытание ради спасения Пенелопы. Он слишком хорошо знал, что те люди ничего не забывают и не прощают.
Молодой человек поднимался по лестнице очень медленно. Он задыхался, в горле пересохло от мучительной тревоги, сердце стучало как бешеное - Гарри нес свой незаметный со стороны крест и пошатывался под его тяжестью. И однако он жаждал, чтобы лестница никогда не кончилась.
Миссис Лайтфизер и ее дочь встретили молодого человека так спокойно и мило, будто и не было никакой нелепой сцены исповеди, достойной самого скверного выступления провинциальной труппы. К несчастью, при виде старой дамы Гарри ощутил непреодолимое желание снова упасть на колени, на сей раз прося благословения. Десятки поколений Милукиных не желали оставить в покое своего потомка.
- Вы уже пили чай, дорогой Гарри?
И они решили убить такую милую женщину! Волна негодования подняла Гарри со стула.
- Нет, миссис Лайтфизер...
- В таком случае Пенни сейчас приготовит вам чашечку, и вы отведаете вот этого кекса... Это я его пекла... Получилось не слишком удачно, но я поняла, в чем ошибка, и в следующий раз сделаю лучше...
В следующий раз!.. Комптон едва не взвыл от горя! Бедная добрая миссис Лайтфизер, ей больше не представится случая испечь кекс! Молодой человек так страдал, что даже не поблагодарил Пенелопу за чай и позволил ей бросить в чашку три куска сахара, хотя всегда пил несладкий. Как бы ему хотелось увидеть Багдасарьяна связанным по рукам и ногам и медленно, потихонечку вытянуть из него все жилы в отместку за муки, которые он, Гарри, сейчас испытывал!
Когда миссис Лайтфизер заговорила с ним о давно задуманном ею путешествии в Девон, Комптон не выдержал и под влиянием горячей милукинской крови снова плюхнулся на колени на глазах у изумленных женщин. Драматизм сцены несколько сглаживало то обстоятельство, что Гарри и миссис Лайтфизер разделял стол, так что старая дама видела лишь голову и плечи Комптона.
- Вы плохо себя чувствуете, мистер Комптон?
- Простите! Простите меня!.. Если вы меня не простите, я сейчас же выброшусь в окно!
Миссис Лайтфизер посмотрела на Пенелопу. Девушка улыбнулась.
- Не пугайся, мама, я думаю, у него такая привычка, - мягко объяснила она. - Сначала это очень удивляет, но в конце концов, наверное, можно привыкнуть.
- Но, дорогая, он что, и в обществе ведет себя так же?
- До сих пор ничего подобного не случалось, мама.
Пенни глупо хихикнула и, подойдя к Гарри, положила руку ему на плечо.
- Лучше сядьте, Гарри. Тогда вам будет гораздо удобнее пить чай, правда?
В глубине души Комптон смутно надеялся, что они поймут, но, услышав прозаическое замечание Пенелопы, понял, что ошибался.
- За что же вы просили прощения, мой мальчик? - спросила миссис Лайтфизер.
- За все глупости, которые я наболтал вашей дочери сегодня утром!
Пенелопа снова рассмеялась.
- Надеюсь, вы не воображаете, будто я поверила всем вашим россказням, Гарри? Мама, Гарри пытался внушить мне, будто он шпион, предает Англию и на самом деле его зовут не Гарри Комптон, а Петр... уж не помню, как дальше. По-моему, он называл фамилию какого-то танцора.
Старая дама сурово покачала головой:
- Вероятно, наш молодой человек немного переел, или же это последствия вчерашней драки.
Вконец расстроенный Комптон встал, мысленно отдавая должное проницательности Никиты Хрущева, - ослепление империалистов и в самом деле граничит с полной слепотой! Внезапно он почувствовал, что совершенно обессилел и в то же время успокоился. Неверие Пенелопы гарантировало неоценимую помощь в осуществлении его миссии, именно потому что девушка ни о чем не догадывалась. Ах, если бы только Багдасарьян не решил прикончить миссис Лайтфизер!.. Сообразив, что эту несчастную убьют, считая опасной, в то время как она ровно ничего не знает, Гарри пришел в ужас. В первую минуту ему захотелось бежать к Багдасарьяну и поклясться, что произошла ошибка, что подозрения ни на чем не основаны и убийство совершенно бессмысленно, но, увы, молодой человек заранее знал, что все попытки уговорить армянина обречены на провал. Его сообщники не признавали права на жалость точно так же, как и на ошибку. Короче, Гарри только лишний раз выставил бы себя на посмешище. Про себя он с горечью упрекал обеих женщин в недостатке сообразительности и пытался отбросить угрызения совести. В конце концов, невозможно помешать людям идти навстречу своей судьбе...
- Я согласен с вами, миссис Лайтфизер, должно быть, я был не в своей тарелке... Простите мне эту дурацкую выходку...
- Я уже забыла о ней, мой дорогой мальчик. Вы, случайно, не собирались пригласить куда-нибудь Пенни?
Можно подумать, она сама хочет облегчить Тер-Багдасарьяну исполнение его мрачных намерений.
- С вашего разрешения, миссис Лайтфизер... И если Пенни не против.
Славная женщина с улыбкой потрепала Пенелопу по щеке.
- Пенни всегда не прочь погулять, правда, дорогая?
Дребезжащий смех барышни снова нарушил вечернюю тишину, и Гарри, чьи нервы уже разболтались до предела, вдруг с тревогой подумал, как отнесутся будущие московские друзья к блеянью его супруги.
- А куда вы хотите повести Пенни, мистер Комптон?
- Сейчас все только и говорят о фильме "Аламо". Он идет целых три часа, но, по отзывам, это потрясающе...
В первую очередь он хотел как можно дольше побыть с Пенелопой вне дома, чтобы не мешать армянину.
- Но это, кажется, фильм о войне? Я слышала, он ужасающе натуралистичен... А я терпеть не могу кровь, - заметила миссис Лайтфизер.
Нет, это уже было больше, гораздо больше, чем мог вынести Комптон. Эта несчастная не выносит вида крови! А ведь скоро она увидит свою собственную! Однако Гарри все же полагался на ловкость Тер-Багдасарьяна и надеялся, что милая старая дама умрет, не успев толком понять, что с ней произошло. Он встал.