– Я думаю, он пошел к мистеру Маклишу: слышал, как он что-то говорил о черепице. Поискать его?
Бедный Жан-Мари уже несколько часов сидел на стуле в углу. Неудивительно, что ему хотелось размяться.
– Будь добр.
Телохранитель вышел, а вот Виолетта, похоже, никуда не спешила.
– Вы ведете счета, да? Меня всегда восхищали дисциплинированные умы. Боюсь, мне это недоступно. – Она пожала красивыми плечами и улыбнулась.
– Полагаю, вам это ни к чему, – осторожно заметила Эва.
Взгляд Виолетты неожиданно стал жестким.
– Математика мне, может быть, и не нужна, а вот о будущем думать, когда я больше не смогу петь, приходится. Никогда не знаешь, что будет завтра.
Эва содрогнулась, подумав, какой отчаянной может стать ее жизнь.
– Мистер Харт ведь заплатил вам достаточно за участие в опере, которой откроется новый сезон.
– Да, это так, – не стала спорить Виолетта. – Но если ему не удастся найти замену Скарамелле – причем в самое ближайшее время, – я буду вынуждена уйти. При всех своих несомненных достоинствах я не смогу петь за всех персонажей. И ни одна постановка не продержится целый сезон без кастрата.
Сказать на это было нечего. Рассуждения казались разумными и чрезвычайно хладнокровными, учитывая, при каких обстоятельствах Эва впервые встретилась с певицей.
– Я думала, у вас и мистера Харта… понимание.
Виолетта склонила головку к плечу.
– Я имела в виду… – Эва закашлялась, чувствуя, что ей категорически не хватает слов. – То есть вы были в его постели…
Виолетта откинулась на спинку стула и от души рассмеялась – громко, с удовольствием.
– О да! Мы той ночью предавались страсти, но это было несерьезно, понимаете?
Нет, Эва не понимала. Зачем отдаваться мужчине, к которому нет никаких чувств?
Виолетта, похоже, заметила ее смущение.
– Хоть он и весьма привлекателен, не находите? А сколько в нем энергии. Он такой живой, такой сильный!
Эва опустила глаза, подумав, каково это – находиться в самом центре этого вулкана. Виолетта вздохнула, не ведая о мыслях Эвы.
– К сожалению, у него нет денег, поэтому у меня появился новый друг, герцог. Он не так молод и страстен, как Харт, зато делает мне дорогие подарки.
Эва заморгала, в немалой степени шокированная откровениями красавицы. Знает ли Мейкпис, что ему уже нашли замену? Его гордость будет задета.
– Я понимаю…
– Но не одобряете, – продолжила Виолетта.
– Нет, то есть, я хотела сказать, это не мое дело. – Она поколебалась, но все-таки выпалила: – Я вас не понимаю! Герцог дарит вам подарки, но вы ложитесь в постель с мистером Хартом, хотя он ничего вам не дарит! Значит, есть другая причина?
Эва замолчала, смущенная собственной смелостью, а Виолетта уверенно ответила:
– Конечно. Он великолепный любовник.
– Вам с ним хорошо, – медленно проговорила Эва, внимательно глядя на эту красивую женщину и искренне силясь ее понять.
Виолетта несколько мгновений сидела с застывшим лицом, а потом мягко сказала:
– Да, мне очень хорошо в мужских объятиях.
Эва опустила глаза на свои руки, чинно лежавшие на коленях, уже не впервые почувствовав, что отличается от других женщин. Может, она вообще какое-то другое существо: русалка или ожившая статуя, нечто бесполое, обреченное на вечное одиночество.
– А вы разве не чувствуете? – спросила Виолетта.
Эва вздохнула и нервно улыбнулась.
– Я не замужем и, честно говоря, никогда не бывала в мужских объятиях.
– Но вам ведь нравятся мужчины, да?
– Что вы имеете в виду? – после паузы уточнила Эва.
– Ну, мужчины. – Виолетта заулыбалась. – Вам нравится смотреть на их широкие плечи, сильные руки, волосатую грудь. Иногда достаточно их вкрадчивого голоса, чтобы… – Она улыбнулась самой себе, глаза мечтательно затуманились, и положила ладонь на живот. – Я чувствую тепло здесь. Когда я рядом с мужчиной, один лишь его запах делает меня слабой. Это очень приятное ощущение, не правда ли?
Виолетта посмотрела на Эву, ожидая реакции, но ее не последовало.
– У вас все по-другому? – погрустнела Виолетта.
– Я боюсь. – Эва, в ужасе от того, что произнесла эти слова вслух, прикусила губу, но потом все же продолжила: – Чаще всего, когда вижу или слышу мужчину, или чувствую его запах, я ощущаю страх.
– Ах как жаль, дорогая!
Эва отвела взгляд, не в силах видеть в ее глазах жалость.
– Это может быть очень приятно, – мечтательно проговорила Виолетта. – С опытным мужчиной, ласковым и добрым, который знает, как прикоснуться к женщине, как доставить ей удовольствие, это восхитительно.