Главный герой романа Потапа Диетического «Плоский» - Плоский. Ну, Плоским его обзывает сам автор. Однако герой-то и на самом деле плоский. Дело в том, что в своем далеком радужном детстве, катаясь на своем маленьком трехколесном велосипедике, он попал под другой велосипедик - большой. Тот, что в простом городском народе зовется «каток», и в данном конкретном случае применялся неосторожно-расхлябанными рабочими для раскатки асфальта. Герою повезло... В смысле, не повезло попасть под каток, но зато повезло с умелыми врачами и хирургами, и в том, что попал он к ним все-таки не в День Медика или сразу после. Потому медицина сделала невозможное.
Очень скоро быстро адаптирующийся детский организм сумел пережить все трудности и приспособиться к новому образу жизни - плоскому. Однако герой-то приспособился, но вот смог ли приспособиться к видоизмененному герою окружающий мир? Вот вопросец-то?
Конечно, пока герой был школьником, то его не слишком терзали эти вопросы. Порой окружающие товарищи попросту не замечали его. Он-то по своей детской наивности думал, будто они не замечают его из-за занятости своими делами. Как он мог догадаться, что не замечают его из-за того, что он иногда поворачивается к людям ребром? Конечно, подсознательно оперативно мыслящий подростковый разум героя использовал оное, качество в свою пользу. Допустим, когда какой-нибудь учитель- деспот собирался вызвать оного героя к доске. Если герой в силу загруженности не подготовился к уроку, то достаточно переве-
сти фас в профиль и... А кого собственно вызывать? Где же наш ученичок Плоский?
Так что в школе было все хорошо. Да и в раннем подростковом возрасте тоже неплохо. Наш герой Плоский никогда не мучился проблемами, постоянно возникающими у других подростков. В плане того, как быть и что же делать, если дверь захлопнулась, а ключ остался под зеркалом на тумбочке? Смело и непринужденно наш герой пробирался в дверную щель и разрешал проблему. За эту его непринужденность и приспособленность к жизни его даже порой ценили немногочисленные товарищи по учебе и двору. По их запросам он мог просунуть руку в закрытый отцовский письменный стол и извлечь из оного пачку коллекционных сигарет или еще что-нибудь примечательное.
Но настоящие проблемы начались у героя позже, по мере взросления. Ладно, там, когда тебя не замечают сотоварищи или учителя. Беды то? Но вот если, как только ты повернешься в профиль, тебя неожиданно теряет приглянувшаяся девушка? Это уже настоящая проблема. Долгими вечерними тренировками с таким же плоским зеркалом наш герой Плоский приспосабливается всегда быть повернутым к нужному человеку исключительно одной стороной - в фас. Затылком или же лицом, это уж без разницы.
Наловчившись основательно, как раз к зрелому возрасту он, наконец, после ряда неудачных попыток знакомится с очаровательной женщиной. Дело идет гладко. На свиданиях наш герой всегда движется боком, объясняя это любимой тем, что жаждет смотреть на нее непрерывно. В слишком ветреную погоду уже не юноша, а созревший муж растолковывает неявку на свидание чрезмерной занятостью на службе. Свои неожиданные появления на свидания прямо тут, перед глазами избранницы, Плоский объясняет тем, что стоял за столбом. И не важно, что никаких столбов поблизости нет, для любой девушки - не Эйнштейна - такого объяснения вполне достаточно.
Наконец, долгожданный момент - свадьба героя. Надо сказать, что за годы плоской жизни господин Плоский солидно поднаторел в маскировке. Однако всему есть предел. Если на свадьбу явятся сто или сто пятьдесят жаждущих вкусностей рыл, то крутись хоть флюгером, а все равно не успеешь показываться всем и каждому исключительно улыбчивой физией. Потому свадьба была состряпана скромно - ограниченный круг знакомых и полузнакомых. Не дай бог, пригласить кого-то из школьных друзей-приятелей, которые, подпивши виски со льдом, вспомнят какие-то из молодцеватых проделок героя в юности с проникновением в папин сейф или в запертую на три замка квартиру.
Но вот начинается семейная жизнь. Не все, не все в ней идет гладко. Ибо, как повелось издревле, супруги обязаны спать в едином ложе. Ну, вот и...
Сами понимаете, если в бодрствующем состоянии наш герой вполне четко контролирует себя в пространстве и в прочих изографах взаимных перпендикуляров взглядов и плоскостей, то, как же ему быть в фазе быстрого, да и медленного сна? Ладно еще, когда любимая, ворочаясь в беспокойстве, нечаянно развалится на матрасной территории мужа, в том плане, что на нем самом. Тут попросту лежи и постанывай тихонько под весом избранницы или же аккуратно извлекайся наружу, двигаясь по миллиметру в час. Другое дело, если любимая с непривычки семейного жития, ссучив ножками собственное одеяло на пол, укроется собственным мужем, пользуя его как плед. Тогда уж только один надежный вариант. Быстренько напрягайся, делай свое положенное семейное дело и, покуда любимая тешится в неге, сползай на свою законную супружескую половину лежбища.