— Всё отлично, — сказала ей. — Он упадёт.
— Да? — она заморгала. — А должен же встать?!
Я мысленно простонала.
— Дора, это была фигура речи…
— А если я ему не понравлюсь?!
Вот что за напасть, а?
— Открывайте ворота! — рявкнул прямо за окном маг. — А то ведь я постучу… а потом свекровь будущая постучит… это ж хуже будет!
Учитывая опыт Йиа во взятии крепостей, я в этом вот ни на секунду не сомневалась. Так что пришлось, бросив последний грозный взгляд на счастливую невесту (чтобы ничего лишнего себе не думала, да-да), идти встречать сватов.
— И кто это тут к нам пришёл? — уточнила я ехидно. — Вкусненькое что-нибудь принесли? А то у нас невеста — сладкоежка, без вкусненького никак!
— Куда ж без вкусненького? — лукаво прищурился бородач. — Всё, чтоб невесту уважить! Несите!
Я сдавленно фыркнула, увидев огромный, в пол человеческого роста, торт в виде дракона. Это как же обидно такую красоту есть будет, а? Но Рий хорош, отдаю должное; эдак сладкие драконы имеют все шансы стать символом совместной жизни Рия и Доры.
Я даже невольно задумалась: а что могло бы быть символом нашей с Кио пары? Кинжал? Матерные частушки? Звучит не особенно романтично. Но, в конечном итоге, очень даже про нас.
— И вот это вот всё? — спросила я возмущённо. — Я вам за одного сладкого дракона свою воспитанницу должна отдать?
— А с чего бы таки и нет? — оскалился маг. — Не солить же её тебе! Застоится ж девка!
— Нет уж, — хмыкнула я. — Я — сида, просто так своё сокровище не отдам. Не затем я ей крылы… кхм… не затем я её растила!
— Во какая! — упёр руки в бока маг. — А чего хочешь?
— Песню хочу, — невинно захлопала глазами я.
— Ха! — оскалился маг.
— Извините, — встряла Йиа, — но не стоит ли нам сразу перейти к материальной цене вопроса? Просто скажите, сколько, и…
— Э нет, мать, — ухмыльнулся боевик. — Не порть нам чисто человеческое веселье! Ща будет им песенка. Даже несколько!
И была песня. Целых три. Причём боевик явно решил обратиться к походному творчеству, написанному солдатами с характерным юмором и хроническим спермотоксикозом.
Я с ухмылкой послушала шедевры под названием «А у Дженни из трактира вот такие буфера» и «Ой, я сижу на берегу, дёргаю второго». Под третью, лирическую («Как мы прятались в лесу от её папаши») я даже сплясала, вызвав слегка недовольный взгляд Кио и восторженные — остальных присутствующих.
«Тебе станцую лично, — пообещала своему дракону-собственнику. — В приватной обстановке. Тебе понравится.»
«Не сомневаюсь,» — Кио слегка оттаял.
Я же, широко улыбаясь, встала напротив мага и упёрла руки в бока.
— Ну ты же не думал, что песнями отделаешься, а?
Будущий свёкр довольно осклабился:
— Ещё бы! А что, сможешь придумать ещё что-то интересное?
Я прищурилась. Это был вызов! И вообще следовало признать: во всей этой народной свадебной традиции присутствовало некоторое очарование. По крайней мере, мне понравилось наблюдать танец в исполнении родителей жениха, а потом и сражение дракона с рыцарем, разыгранное ими же (тут надо сказать, что на фразе «Сдавайся, злобный дракон!.. А, дорогая, у тебя уже закончились эти дни?» — все присутствующие полегли, как озимые; я полегла тоже, хотя и задумалась о том, бывают ли у дракониц красные дни и, если да, то насколько часто имеют место).
В общем, мы веселились, как могли.
Сундук, явно предварительно приготовленный для меня, стоял в сторонке и скромно посверкивал драгоценностями. Я и не смотрела в его сторону: твёрдо решила для себя, что за Дорлину не возьму ничего. Вон Кио с Рием договорились о чём-то там? Вот пускай это всё и варится в их песочнице. А я, конечно, понимаю, что крёстная фея — это почти что бордельная маман… Но всё же, не совсем ведь!
Сказать по правде, у меня и так вызывали внутреннюю брезгливость всякие свадебные традиции с «продажей» невест или женихов. Понятно, что это во многих случаях всего лишь символ; но, если разобраться, не на пустом месте возникли такие символы.
Так что, приобщив драконов к художественной самодеятельности и заставив в финале их сесть за вышивку (не всё же девчонкам на Отборе мучиться, правда?), я решила, что причудливые человеческие обычаи на этом вполне соблюдены, и, улыбнувшись, сказала:
— Ну всё! Если уж жених так хорош, что ради него стоит всё это сделать — то, так и быть, отдам вам невесту!
Я распахнула дверь. Над садом повисла тишина. Мысленно помянув недобрым словом всех невест на белом свете, я с улыбкой муркнула: «Минуточку!» — и скользнула обратно в беседку.