— Я вижу ответ в твоём разуме. Ты очень юна, Дайлила Свет Звезды. И, может, это к лучшему: очарование юности порой подкупает. Даже таких, как я. Мне стоит предостеречь тебя от слепой веры — даже в меня. Видишь ли, в какой-то степени я — лишь тень в твоём разуме. А можно ли верить чему-то настолько неверному?
— Боюсь, я не понимаю.
— Однажды поймёшь. Впрочем… твоя искренность тронула меня. И я запомню её. Возможно, поначалу мой дар покажется тебе ненужным; возможно, он покажется тебе проклятьем. Но знай, что для тебя он единственный верный. Предназначенный. И единственный шанс на жизнь. Для двоих и для многих.
Как-то это немного… настораживающе звучит.
— Возможно, Вы могли бы рассказать подробнее?
— Зачем? Твои ответы уже пришли к тебе сами. Иди, дитя. Я — за твоей спиной. Всегда. А теперь… просыпайся!
4
—...Просыпайся! Ну же! Что с тобой?!
Я выдохнула, как будто вынырнула из вязкой, мутной глубины. Растерянная, дезориентированная, я ошеломлённо хлопала глазами, тяжело дыша. Дивные же сны являются порой сидам летними ночами…
— Лайлин, говори со мной. Где больно?
Лайлин? Кто такая эта Лайлин? Ах да, так же в данный момент зовут меня… Я нахмурилась, глядя на склонившуюся надо мной девицу.
— У тебя личина сползает, — сообщила я ей хрипло. — Смотрится жутко.
К-Каролина (да, я вспомнила и её фальшивое имя) усмехнулась. Личина стабилизировалась.
— Язвишь — значит, жить будешь, — поставила диагноз она. — Ты пила что-то? Ела?
— Нет.
— Последнее воспоминание?
— Я просто уснула в кресле.
— Извини, но это было очень мало похоже на нормальный сон. Мне даже на секунду показалось… Не важно, в фоморью Бездну такие видения. Важно другое: похоже, на этом Отборе конкурсантки перешли к силовым методам раньше, чем обычно. И целью выбрали тебя.
«Раньше, чем обычно»? Вот как, значит?
— И что, много девушек обычно не доживает до конца Отбора? — поинтересовалась я насмешливо.
— Средняя цифра — пять, но очень многое зависит от того, под чьим патронажем этот Отбор проходит.
— Да?
К-каролина небрежно присела рядом со мной на парапет, будто бы случайно удерживая мою ладонь в своей. Её иллюзорные пальчики очень профессионально схватили так, чтобы считать пульс.
— Первые Отборы проводились при Императоре Ими Великом, — сообщила К-каролина. — И он был, несомненно, великим драконом…
— Но редкостным садистом? — мило улыбнулась я.
Конечно, это было немного за гранью. Милая Каролина могла бы пожаловаться на меня и обвинить в неуважении к крылатым владыкам. Но какой-то инстинкт внутри меня, в разы усилившийся после визита Лесного Царя, говорил: в известных пределах я могу доверять гостье.
— Это не вполне корректное высказывание, но в чём-то — верное, — мягко отметила Каролина. — У Первого Императора действительно был крайне тяжёлый нрав, это невозможно не признать. Он был жесток и категоричен. Но, возможно, только такого рода личность могла провести за собой в этот мир соотечественников. И — основать Драконью Империю.
Я промолчала.
Спросить меня, так основание Драконьей Империи — очень сомнительный повод для гордости. Эта страна построена на костях, в том числе — моих соотечественников.
С другой стороны, некоторая доля правды в словах новой знакомой тоже присутствует. Во-первых, хочется нам это признавать или нет, но зарождение нового государства крайне редко оказывается бескровным процессом. Бывают в этом смысле более и менее запущенные случаи, но общая температура по палате такова: где новые пунктирные линии на карте, там и кровавая баня. За очень редкими исключениями.
Во-вторых, величие личности и значение её для истории едва ли определяется абстрактными понятиями вроде доброты или справедливости. Был Первый Император садистом? Судя по сохранившимся о нём рассказам — да, определённо был. Был ли он при этом отличным стратегом и талантливым политиком, подарившим своему народу будущее и заронившим зёрна сегодняшнего величия Империи? И снова — да. Мораль? И рядом не валялась. Просто история неоднозначна. И читать её можно очень по-разному; зависит от того, где именно ты поставишь акценты.
— Хочешь расскажу, как вообще появились Отборы? И как проходили самые первые из них?
— Пожалуй, — на самом деле, мне действительно было интересно. Про драконьи Отборы мы все знали только то, что нам позволяли знать. Официальная информация гласила, что первый Отбор имел место сравнительно недавно — каких-то лет триста назад. И с тех пор, с того самого первого Отбора, вокруг этой темы витает ореол романтики. Слегка протухшей на мой вкус, но очень легко перевариваемой широкой общественностью. Девочкам рассказывают сказки о милой и скромной принцессе, победившей в Драконьем Отборе и оказавшейся в итоге истинной парой принца (куда же без этого?). Для девушек постарше существуют книги и пьесы… Но ведь за этой красивой картинкой тоже что-то есть. И возможно, кое-что из этого мне даже расскажут...