Эта работа… если я решусь, как и задумала, сегодня отправиться к Кио в покои, мне придётся действовать фактически вслепую. И, возможно, шагнуть в западню. Но какие альтернативы?
Я смотрела на горы, прокручивая всё в голове. Альтернативы… по всему выходило, что у меня их нет.
Отказаться у меня не было ни шанса. Гильдейское клеймо, выжженное на внутренней стороне бедра, не исчезнет, пока я не совершу покушения на Кио. Другого способа выйти из игры не существует.
Плыть по течению, дожидаясь удобного случая? Так каждый день, проведённый здесь — это дополнительный риск. Моя легенда тонкая, ломкая и ненадёжная, как первый лёд. Меня могут раскрыть в любой момент… если это уже не произошло, конечно. Как там сказала К-каролина. Кио любит игры? Охотно верю.
Второй вариант — пытаться собрать информацию. Отлично и очень логично звучит. Правда, как и любой красивый план, с реальностью соотносится чуть меньше чем никак. У меня не было доступа к информации, и с этим тоже приходилось смириться.
А значит, и ждать нечего. Остался один-единственный доступный мне способ проверки.
— Я пойду к нему сегодня, мой Король, — шепнула я в сгущающиеся сумерки.
Ответа не последовало: едва ли у Него были силы на новый визит сюда. Но в глубине души я всё же ощутила тень присутствия и одобрения.
Значит, сегодня. Решено.
Я знала, что следует вернуться в комнату и скользнуть в медитацию. Но заставить себя не могла. Всё стояла и вдыхала свежий воздух. Как будто не могла надышаться.
В голову лезла всякая ерунда. Всё думалось: как там Кио с Дорлиной? Проверяются ли на парность вот прямо сейчас? И почему меня так ужасно злит эта мысль?..
В дверь постучали. Может, К-каролина?
Я натянула парадную маску спокойствия и обернулась.
— Войдите!
— Приветик, — в комнату невозмутимо ввалилась Дорлина. В новом платье и с корзиной. — Я припёрла нам пирожных.
Будто это всё объясняло, она нахально прошла на террасу и увалилась в одно из кресел.
Я демонстративно выгнула бровь.
— Они с веруанской дыней, — шепнула Дорлина заговорщицки. — И шоколадной крошкой. Мне Кио подарил. Так что цени! От сердца отрываю.
Демонстрируя, насколько тяжко ей даётся такая щедрость, Дорлина тут же достала одно из пирожных и с наслаждением в него вгрызлась.
— Ты когда-нибудь наешься? — уточнила я ехидно.
— Не злобствуй, феечка, — отмахнулась девчонка. — И не строй недотрогу. Присоединяйся! Кто не любит вкусной жратвы?
Я быстро проверила пирожные на предмет сюрпризов. Всё оказалось чисто. Тогда я плюнула на это дело, села рядом и взяла себе одно.
— И как прошло? — уточнила у весело жующей ведьмы. — Ты быстро вернулась.
— Что, волнуешься? — прищурилась Дорлина. — Не нервничай так: Кио — не мой суженый.
Облегчение, накатившее на меня при этих словах, было действительно плохим звоночком.
— Быстро же вы управились с проверкой, — не могла не съязвить я. — И как он?
— Ты о чём? — Дорлина аж жевать перестала.
Я поняла, что у нас наметилось недопонимание.
— Проверку быстро провели, — сказала я ей. — Я даже немного разочарована: ожидала от Кио большего…
— Ты на что намекаешь? — тут же возмутилась Дорлина. — Мы ужинали вместе! И вообще, я себя для суженого берегу! Как иначе?
Вот так поворот.
Хотя чему это я тут удивляюсь? Она человек, и ей восемнадцать.
— Допустим. Но как ты в таком случае определила, что он — не твой суженый? — я действительно не понимала этот момент.
— Изловчилась и взяла его за запястье. Но там не было нити — а значит, клубок вёл не к нему. Но знаешь, вечер всё равно был хорош!
— О, избавь меня от подробностей…
— Этот Кио не кажется ужасным существом, — упрямо продолжила она. — Даже с учётом того, что он дракон.
— Учту.
— В этом вы похожи, — она не собиралась понимать намёк и замолкать. — Совсем не такие плохие, как стоило бы ждать.
Я закатила глаза.
— Просто ты слишком молода. И ищешь «хорошее» там, где его нет. Доедай свои пирожные и проваливай!
— Не торопи, — ни на секунду не смутилась она. — Пищеварение — процесс важный. И ещё, если уж мы будем подругами, то тебе придётся частенько меня слушать. Так что терпи! Расскажу тебе интересное. Я видела чудо!
Я удивлённо приподняла брови, заметив загоревшийся в её глазах мечтательный огонёк.