- Да что ты понимаешь, - отмахнулся Командор. – Ты просто не видел, каким оно было…
Не видел.
И Ричард не видел.
А тьма… тьма видела. И потому отползала, освобождая черную-черную воду. Зыбкою тропинкой протянулась нить лунного света. Она легла, скользнув меж черных скал и остатков статуй, что выглядывали из воды. Огромные головы их белые казались почти живыми. И Ричард не мог отделаться от ощущения, что эти вот мужчины, и женщины, одинаково прекрасные и величественные, сейчас возьмут и оживут.
Осколками зубов выглядывали колонны.
Высилась белым треугольником крыша какого-то здания, некогда украшенная статуей, но теперь от той остались лишь уродливые обломки.
Главное, тихо.
Слишком уж тихо.
Отстал водяной народ, не рискнув коснуться тьмы. Даже они боятся, а люди вот… Ричард шмыгнул носом и потрогал переносицу. Кажется, кровь остановилась.
Хорошо.
В таком месте не стоит дразнить.
- Сейчас попробуем подойти от туда, - дэр Гроббе оглядывался. На лице его застыла маска абсолютной сосредоточенности. – Надо ближе к берегу бы… тут хрен знает, что может быть.
И словно отзываясь на слова, в черной толще воды мелькнула черная же тень.
- Не нравится мне здесь…
- Когда-то давно отсюда приходило солнце, - Лассар смотрел на город. Но… видел ли? А если и видел, то что? Мертвые развалины, страшные в своей пустоте? Или великий древний город, который готовится возродиться?
Вот уж не было печали.
- Гот-вь…
Донеслось откуда-то с кормы.
- Кошками зацепимся, - пояснил дэр Гроббе. – Паруса тут не поставишь, да и вовсе… «Магда» - кораблик хороший, да не для таких мест.
Он огляделся и в глазах мелькнуло что-то этакое.
Как тень на воде.
Правда, сколько Ричард в воду не вглядывался, больше ничего не увидел.
Заскрежетали лебедки. И массивный шлюп пополз вверх. От мысли, что придется с одного кораблика пересаживаться в другой, еще более ненадежный с виду, подурнело. Вот шлюп коснулся воды. Раздался тихий всплеск… и снова тишина.
Тьма любезно держится в стороне.
Она гладит влажные гривы рифов, она укрывает воду. И немного – небо. Она расползается рыхлыми пустыми облаками, сквозь которые угадываются остатки древних то ли статуй, то ли домов.
- А доспехи лучше снять, - заметил дэр Гроббе. – Раза за три перевезем, коль боги…
Тень снова поднялась, и теперь тварь не спешила, позволяя увидеть себя. Длинное змеиное тело пробило водную гладь и, словно играясь, коснулось борта. Раздался тихий шелест.
И всхлип.
- Интересно, - промолвил брат Янош, оглаживая доспех. – Оно хищное? Или как?
- Тут все хищное…
- Морской змей, - Ксандр проводил существо взглядом. – Правда, мелкий еще…
- Мелкий?
- Мелкий, - Лассар даже перегнулся и свистнул. – Они еще когда появились… берегли корабли. Да и в целом… Империя была, пусть и велика, могуча, но все же враги имелись. И на море в том числе. Те же пираты. Вроде и шваль…
Дэр Гроббе явно насупился. Обижен?
- …на утлых лодчонках, но тоже порой умудрялись доставить неприятности. Вот и вывели змеев. С пиратами они справлялись отменно.
Из воды показалось серебряное кольцо толщиною… да с колонну будет, если не больше.
- Так они домашние? – а вот Светозарный глядел на змея едва ли не с восторгом.
- Были. А теперь вот одичали…
- А питаются чем? – уточнил брат Янош, явно будучи человеком более приземленным.
- В основном рыбой. Раньше. Ну и пиратами… тоже мясо.
Дэр Гроббе крякнул.
- Лодку он как…
- Расшибет, - меланхолично отозвался Лассар. – А потом в воде всех и половит.
- И… что делать?
Все задумались. А змей, описав круг, высунул голову. Та была узкой и совершенно не рыбьей. И не змеиной. Длинный с горбинкою нос, узкие ноздри, что раскрывались и закрывались. Выпуклые глаза. И грива тончайших перьев, которые вяло шевелились.
Не перья.
Жабры.
Точно. Ричард видел рисунок. Давно. И еще мечтал, что однажды встретит змея. Вот и исполнилась мечта… мечта фыркнула и, приоткрыв пасть, в которой блеснули тонкие острые зубы, издала скрипучий звук.
- Своих зовет, небось…
- Лодка отменяется, - дэр Гроббе отер руки. – Пойдем на берег… и боги с нами. Корабля жаль…
На звук ответили. Только на сей раз скрежет раздался с другой стороны. Ногтем по нервам.
- Вперед, мать вашу! – заорал попугай и крыльями хлопнул. – Не посрамим…
И содрогнувшись всем телом, заскрежетав прежалобно, корабль повернул к берегу. Или к тому, что могло условно считаться берегом. А слева черную гладь воды вспорола змеиная спина.
- Этот покрупнее будет, - заметил Лассар. – Признаться, думал, что они вымерли.