За годы полёта, а их был не один десяток, экипаж с этим недотёпой извёлся. Он вечно всё бил, ломал, всех раздражал, злил, он даже заболевал в самый неподходящий момент. Заноза в теле экипажа! Заноза, которую невозможно вырвать!
А по возвращении вдруг выяснилось…
Эта заноза, этот недотёпа, этот неумеха — гениальный психолог. А по совместительству — известнейший на Земле клоун. Его серьёзные коллеги ничего не знали о нём: некогда было ходить по циркам. А клоун, служа всему экипажу громоотводом, с честью выполнял профессиональный долг.
Владимир Васильевич был громоотводом. И все, абсолютно все с ним задирались и ругались. Может, только Юрка не конфликтовал с ним (по причине ли того, что был Владимир Васильевич с Севера… или Серов слишком сосредоточился на своих ощущениях). Именно Владимир Васильевич приходил к Порошкову за туалетной бумагой и был послан в известном направлении. Он и спальник забывал при переезде на Бочки и вспомнил о нём в самый последний момент.
А ещё год назад Владимир Васильевич опрометчиво пообещал коллективу трёхлитровую банку чукотской красной икры, и теперь весь коллектив центурионов ел его поедом вместо икры. Особенно налегал Котов.
Но! Если кто-то начинал издеваться над «чукчей» сверх меры, Владимир Васильевич попадал под защиту Полковника, и уже никто не смел его шпынять безнаказанно.
Нужный человек в коллективе!
Кстати, по выносливости в свои пятьдесят восемь он мог дать фору любому молодому — тоже регулярный участник «Эльбрусской мили».
На базу вернулись к четырём.
Пока накрывали стол, погода таки соскользнула. За окном столовой повалил снег — огромными хлопьями, густой, настоящий. Снег в середине июля! Где-то Юрка такое уже видел. Пусть валит. Лишь бы послезавтра была хорошая погода.
Ещё вчера, вызнав прогноз, Полковник принял решение: восхождение назначить на раннее утро 23-го. Хорошая погода на Эльбрусе — девяносто девять процентов успеха.
А завтра выходной — они только прогуляются до «Приюта», разгонят кровь, а потом будут отдыхать или займутся ледовыми тренировками.
Вечером пришли датчане.
Сначала Каспер — просить таблетки для Кузнеца, тот совсем спёкся. Кузнецу выписали цитрамон, аспирин и нурофен, объяснив Касперу, что, как и в какой последовательности принимать, но пока объясняли, зашли в столовую. Тут Полковник и выловил Каспера, усадив на разговор.
Не дождавшись коллеги, подтянулся Стефан — узнать, куда запропастился Каспер.
А ещё через полчаса — не дождавшись помощи — приковылял сам Кузнец.
Три часа! Три часа команда «Центуриона» вела «перекрёстный допрос» датских военнослужащих. И датчане тоже не отставали. Расспрашивали они друг друга по очереди, а Юрка переводил в две стороны. Оказалось, есть общая тема: и наши, и датчане служили в Афганистане. «А где?» «А когда?» «А как с духами… пардон, талибами?» «А своих теряли? Теряли… На какие мины напарывались? Итальянки?.. А, ну да, итальянки…»
За разговором датчан накормили «змеиным» супчиком из рыбных консервов и рисовой кашей с тушёнкой. Кузнец поначалу на еду смотреть не мог, но ему дали две таблетки цитрамона, и через полчаса он без признаков тошноты вовсю уплетал, а потом и вовсе включился в общую беседу.
Под конец Юрка охрип, обалдел, а после просьбы Полковника: «Спроси у них, какова у них структура дивизии», — только развёл руками, показал язык, оделся и вышел на крыльцо. Там он вдохнул-выдохнул, покрутил головой, вытряхивая из неё английские слова, и подошёл к обрыву.
Погоду тянуло на мороз. Тучи уходили. На небе появились первые звёзды. Но главное — открылся Эльбрус! Двуглавый древний вулкан. Первый раз за эти два дня его стало видно полностью. Во-о-о-он туда, на Западную вершину, предстоит им дорога послезавтра. Сил-то хватит? Пока Юрка всё выдерживает неплохо. Честно говоря, он думал, будет хуже.
— Любуешься, москаль?
Юрка вздрогнул, сзади незаметно подошёл Василий Фёдорович — крепкий, похожий на медведя мужик. Сам крупный, а ходит тихо. Охотник. Профессиональный. На людей…
Юрка вздохнул.
— Ничо, москаль… Не бзди, всё будет нормально.
Василий Фёдорович Страбинский.
50 лет. Офицер спецназа ФСБ. Родился в известном теперь всему миру городе Славянске. Генетически украинец, но безусловный русский патриот. Закончил Славянское авиационно-техническое училище. На Кавказе в спецназе ФСБ с 88-го года, там и познакомился с Полковником. О своей работе рассказывал так: «В конце девяностых на Кавказе стали шалить. То туристок изнасилуют, то туристов ограбят, а то и вовсе поубивают. Надо было что-то делать, а сопредельное государство, в котором базировались эти уроды, ничего предпринимать не хотело. Тогда мы — офицеры спецназа, десять человек — взяли своё руководство, посадили в ауле, выдали бочку вина, велели местным кормить шашлыком, только бы не вмешивалось, сами взяли по СВД, по десятку боекомплектов, по тридцать килограммов тротила и ушли в горы…