Но в 97-м на защите дипломов в Центре подготовки космонавтов они прикрывали спину друг другу — не хуже тех «героев» в Сашкином сне.
Хорошо они знали друг друга. Хорошо. И однажды Серов Сашке доверил свою страшную, прямо-таки жуткую тайну. Даже Славке не сказал ни слова, а Сашке выложил всё!
Рассказ четвёртый. Приговор
Однажды весной Нестор Полищук загорелся идеей провести коллективу аэрокосмогеологии медосмотр. И не в обычной поликлинике, а в шикарном, расположенном на берегу замечательного озера Кан-То, профилактории «Озёрный». Такая блажь. Специалистов там, правда, хватало, и провести осмотр двадцати человек не составило большого труда. Кроме традиционных методов — измерения давления, анализов крови, тестовых таблиц для глаз и ударов молоточками по коленке — в профилактории практиковали более современные: УЗИ, компьютерную и функциональную диагностику… и всякое другое, разное.
Как обычно бывает на подобных мероприятиях, народ валял дурака, разыгрывал друг друга, подкалывал, ржал — веселился, как мог! Не работа же.
Юрка Серов тоже веселился, пока не прошёл УЗИ щитовидной железы…
— …Что вам сказать, молодой человек? — глядя на снимок, рассуждала врач-диагност — красивая женщина бальзаковского возраста. — Нехороший у вас снимок.
— То есть?
— То есть у нас на снимке пятно диаметром… — она приложила линейку, — восемь… нет, десять миллиметров, которое нам говорит… что в этом месте понижена эхогенность тканей…
«Это ты сейчас с кем разговариваешь, пап?» — подумал Юрка фразой из анекдота. Хотя он лукавил: их подповерхностная радиолокация была роднёй УЗИ.
— И?
— И это значит… что возможны некоторые видоизменения в теле железы. Более подробно сказать не могу, — она протянула снимок Юре.
Он взял и с минуту разглядывал.
— А может, фиг с ним, с пятном? — предложил Серов, оторвавшись от снимка.
— Может, и «фиг»… Только если этот участок «холодный», если он не активен как железа, не вырабатывает гормоны… — то вероятнее всего, это — злокачественная опухоль.
(«Крак-крак!» — сказала взводимая гильотина. Юрку кинули в ложемент и подкатили головой под лезвие. «Сходил — проверился…» — мелькнуло в испуганной голове.)
— То есть рак?
— Ну зачем вы так… Что же вы… Хотя… Наверное… Конечно… В общем, да… Рак.
(«Вжик!» — сказала гильотина, и Юркина голова весело заскакала по ступенькам помоста. Мыслей в ней уже не было: они, совсем испугавшись, попрятались. Народ на площади ликовал…)
— И что посоветуете?
— Обследоваться дальше. Обязательно обследоваться дальше! Нужно сделать снимок железы с радиоактивным йодом — тогда будет понятно, «холодное» это пятно или «тёплое». Если на том снимке разницы не будет — значит ничего страшного!
— И где я могу пройти… эту диагностику? — мрачно поинтересовался Юрка.
(Настроение у него упало. Да и какое настроение без башки-то?..)
— Где-где?.. Не знаю, где… На Большой земле. В каких-нибудь крупных городах. Вроде, в Тюмени есть… и в Екатеринбурге.
— А в Самаре?
— Может, и в Самаре. Точно сказать не могу. Наверное, и в Самаре. Всё же столица Среднего Поволжья.
— Спасибо, — кивнул Юрка и стал одеваться.
(«Зашибись! — думал он отрубленной башкой, мысли в ней уже перестали бояться. — А что сейчас делать?» В Самару раньше июля он не собирался.)
— А как быстро это… пятно может меня угробить?
— Послушайте, э-э-э… — врач заглянула в «бегунок», — Юрий Павлович, то, что я вам сказала, — конечно, серьёзно. Но вы не падайте духом! Нужно просто дообследоваться.
— Хорошо. Могу взять снимок?
— Да, конечно.
— До свидания. Спасибо, — и Юрка пошёл к двери.
— До свидания, Юрий Павлович! Позовите следующего…
В коридоре Колганов рассказывал, как посещал уролога и как врач у него проверял предстательную железу.
— Она спрашивает: «Э! А чего это вы никак не реагируете?». А чё я отвечу? Если мне совсем не больно…
— …и даже приятно… — досказал Гришка, и все заржали.
— Ты чего, брательник, такой смурной? — ткнул Юрку локтем смеющийся Славка. — Нашли в почках камни самоцветные?