(Студенческая песня 80—х годов ХХ века)
Рассказ девятый. Бестолковая тюменская командировка
С подповерхностной радиолокацией братья Серовы работали на песок, работали на торф, на грунтовые воды, даже на золото попробовали. Теперь им предложили поработать под экологическое обоснование коллектора сточных вод совхозной свинофермы…
Однажды Тит Веспасиан-старший сказал Титу Веспасиану-младшему: «Деньги не пахнут, сынок!»
Не пахнут — так не пахнут, братья собрались и поехали в совхоз «Красный Маяк».
Совхоз тот в посёлке Омутинский Тюменской области в 90-х числился дочерним агропромышленным предприятием Северной нефтяной компании. И управление экологии СНК было кровно заинтересовано, чтобы аэрокосмогеологи провели экологический аудит. Одним из пунктов значился поиск водоупорного горизонта (глин) под коллектором. А то, неровён час, хрюшкино говно просочится в водоносные горизонты, и народ в посёлке станет пить это «добро». В жизни всякое бывает.
До Тюмени добрались самолётом. Были некоторые трудности с транспортировкой оборудования, но Серовы их успешно решили, объяснив начальнику службы грузоперевозок, что они, аэрокосмогеологи, — родные братья авиаторов. Главный грузоперевозчик никогда про таких ничего не слыхал, но приставка «аэро» подействовала магически. Братья лично разместили ящик с аппаратурой в грузовом отделении Ту-154, а сами с двумя рюкзаками, прямо в полевой — ещё чистой — форме устроились в самолёте.
Через два часа в аэропорту Рощино их встречал сотрудник Центральной аэрокосмогеологической партии, третий член бригады, Антон Данилов. Антон отвечал за переговоры с руководством совхоза и обеспечивал транспорт. Ящик с аппаратурой перегрузили в партейный уазик и поехали ночевать в комнату Колганова. До отъезда в Северный Колька жил в рабочем общежитии для малосемейных, в кирпичной пятиэтажке, в комнате двенадцать квадратных метров.
Ни тогда, ни позже Юрка не мог понять, чем была мотивирована администрация партии, да и его брат… почему они летали на самолётах, а жили — где придётся? Впрочем, тогда вопросов он не задавал. В 90-е и не такое бывало.
Антон довёз до общаги, братья выгрузились и, договорившись, что завтра за ними заедут часов в девять, отпустили Данилова. Перекурив не спеша возле подъезда, Серовы подняли ящик на второй этаж, нашли комнату Кольки, долго ковырялись с замком… Наконец открыли… Славка нащупал выключатель, щёлкнул. Света не было. Пока они добирались, уже и стемнело. При свете уличных фонарей, который пробивался сквозь запылённое окно, занесли ящик в пустую, абсолютно пустую тёмную комнату, проверили лампочку (та была целой), заглянули в распределительный ящик в коридоре — и обнаружили обесточенный выключатель, заклеенный бумажкой с печатью. «Класс! — оценил ситуацию Славка, закрывая ящик. — Наверное, отключили за неуплату». Они вернулись в комнату, прикрыли дверь и, не раздеваясь, уселись на ящик.
— Колька говорил, у него тут два спальных мешка… — Юрка разглядывал в потёмках комнату.
— Нет тут ничего. Я уже посмотрел.
— А как спать будем?
— Не знаю… Что-нибудь придумаем. В ящике где-то свечка, давай-ка достанем.
Они открыли ящик, достали свечку, установили её на картонку, зажгли и опять молча сели на ящик. Странная складывалась ситуация. Странная, но уже привычная. Ночевали же Серовы в Берёзове в школе на полу — и ничего… Правда, тогда было начало осени, хоть и холодное, но всё же начало. А сейчас поздняя, но… Юрка дотянулся до батареи — горячая… Ну, уже хорошо, что в комнате тепло.
— Перекусить, наверное, надо, — поднялся Славка, и тут раздался стук в дверь. — Войдите!
Дверь открылась, на пороге стояли две женщины, лиц при тусклом свете из общего коридора видно не было.
— А вы кто? — испуганно поинтересовалась которая повыше.
— Здравствуйте, — Славка слегка наклонил голову. — Мы друзья Николая Колганова.
— Это чё… Варькин муж, чё ли? — спросила высокую которая пониже.
— Ага. Фамилия у неё вроде Колганова… — согласилась высокая. — А вы, чё ли, Варьку знаете, ага?
— Знаем, конечно! — обрадовался Славка.
— Тогда ладно! — которая пониже махнула рукой. — А то мы слышим, кто-то комнату открыл — решили глянуть… А то вдруг — жулики.
— Тут… и воровать-то нечего, — грустно усмехнулся Юрка.