Те три торговые недели впоследствии вспоминались как один из самых плодотворных и осмысленных периодов жизни в партии. А как же? «Сыт, пьян и нос в табаке!» А главное… деньги!
Особенно понравился этот род деятельности Славке. Он потом долго бродил по посёлку, прикидывая, где бы кому чего-нибудь собрать. И не то чтобы его сильно тянул сам процесс… Но когда купленный младшими израильский грибной порошок с картошкой становится «замечательным» обедом — синюшной курицы не на что было купить — волей-неволей начнёшь задумываться, где бы перехватить денег.
Итогом их первой маркетинговой операции стал заработок в виде стенки каждому участнику авантюры, простите, бизнес-операции.
Так у Серовых появилась стенка.
Потом так же появились кухонный гарнитур и телевизор, Ванькин к тому времени сдох окончательно.
К 94-му младшие Серовы привели квартиру в божеский вид, несмотря на повальный дефицит и полное отсутствие денег. Влад уже оканчивал начальную школу. Коту Василию исполнилось три года. И они пережили смерть собаки.
Тот Новый год был переломным для них. И, наверное, не только для них, но и для Северного, да и для всей страны.
А началось всё 31 декабря. Нестор выдал какие-то заблудшие деньги. Юрка их пересчитал, вздохнул и пошёл домой через «Стекляшку», так все в посёлке называли продуктовый магазин «Славутич» — хлеба купить, а может, ещё чего…
Времени было около восьми, скоро закрытие — тогда все магазины работали до восьми. Юрка зашёл и обалдел… В жизни он не видел такого изобилия! Прилавки ломились от немецкой колбасы, голландских сыров, польской водки и итальянского шампанского. А в овощном продавались бананы, яблоки, свежие помидоры, огурцы и невиданные до той поры ананасы!
Сон! Наяву!
Кажется, он потратил все деньги и накупил сколько смог унести. Юрка боялся, что завтра всё это, как мираж, раз! и исчезнет.
И Соня тоже долго не могла поверить в чудо, всё пытала, где он это взял, откуда добычу приволок.
То был один из запоминающихся Новых годов. А до него самым чудесным был Новый год 91-го. Тогда незадолго до праздника родители потихоньку поинтересовались у Влада, какой бы он хотел подарок от Деда Мороза? Вот на что они рассчитывали?.. Мальчишка подумал и заказал большого плюшевого зайца. Серовы ахнули: где же такого зайца можно достать? Тут обычной плюшевой игрушки днём с огнём не сыщешь, а уж зайца… да ещё большого… Но перед самим Новым годом они случайно забрели в один неприметный магазин-сельпо и обалдели: на прилавке сидел огромный фиолетовый плюшевый заяц. Чудо, да и только! У Влада и у его родителей в тот год был замечательный праздник.
И вот — спустя два года — в магазинах появилось, по тогдашним меркам, всё! Абсолютно всё! Правда, денег негусто. Но после Нового года Юрке вдруг стали регулярно выплачивать зарплату. И Соня устроилась на работу.
Наконец-то младшие зажили как люди. Казалось, наступила эпоха благоденствия, но… В марте следующего года всё пошло не так…
Рассказ десятый. Последняя полевая работа
Мы пьём не потому, что тянемся к веселью,
И не разнузданность себе мы ставим целью.
Мы от самих себя хотим на миг уйти
И потому к хмельному склонны зелью.
(Омар Хайям)
В марте следующего года у Юрки случился, как это принято сегодня называть, системный кризис. Через пять лет работы в Северной аэрокосмогеологической партии он вдруг понял: ему всё надоело. Героизм полевых работ, мировые достижения в области «прикладной космонавтики», инженерная геология, экология, аэрокосмогеология — всё! А ещё совсем замучили сны. Какие-то неясные, мутные… мглистые, белые, как февральская метель. И хоть ничего конкретного в них не показывали, повадились они сбываться.
Впрочем, причин для системного кризиса было много. Поводом же к его началу стал последний Юркин полевой выезд. Надо сказать, к марту 95-го Юрка на полевые работы почти не выезжал. Подповерхностной радиолокацией по-прежнему занимались Славка и теперь уже совсем зрелый специалист Влад Зинчук — они и ездили. Юрка получил группу цифровой обработки изображений и, со словами «не хрен по полям мотаться — и без тебя есть кому» — был отправлен на вычислительный центр. «Центр», правда, громко сказано, но худо-бедно в нём имелось четыре персоналки, устройство ввода изображений с аэроснимков и два комплекса цифровой обработки: аэрокосмических изображений и сигналов подповерхностной радиолокации. Для группы из трёх человек — мощности вполне достаточные.