В целом жизнь у Юрки была ничего себе. За год до этого партия заключила пару выгодных договоров с «Пурнефтегазом», и у космогеологов наконец-то появились деньги, причём такие, что летом Юрка с семьёй даже смог поехать в Крым. Правда, поездом и всего на десять дней, но всё же! Поэтому, когда в феврале Юрку позвали профессионально заняться геоинформатикой в «СеверАСУнефть», он покрутил носом и высокомерно отказался. Здесь он сам себе голова, а обеспечение — и программное, и техническое, и денежное — его вполне устраивало.
Одним словом — было «хорошо».
Хорошо-то хорошо… Да вот только много стала пить партия. Она и до этого не отличалась трезвостью, а тут просто взяла себе лозунг Короля-Солнца «После нас хоть потоп!». Иногда получалось весело, но чаще — грустно…
Славка завалился к брату на ВЦ в один из погожих мартовских дней, утром часов в девять. Завалился и сходу предложил: «А не пропердеться ли тебе, брат?» Прямо так и сказал, невзирая на присутствие двух молодых Юркиных сотрудниц, девушек — Ёлки Марчук и Ани Мишиной. Партия занималась полевыми работами, и нравы были «брутальные». Юрка с интересом посмотрел на брата и полюбопытствовал: а что, собственно, тот хочет конкретного предложить? А поехать вместе с Владом на снегоходе на озеро Белое и полоцировать его «Удавом». На Белое? На Белое. «Удавом»? «Удавом».
Здесь нужно немного рассказать об «Удаве». («Удав», наверное, не стоит писать в кавычках; аппарат для партии был как живое существо, его звали Удав). Удав представлял собой длинноволновый георадар, разработанный Рижским институтом инженеров гражданской авиации, и проходил он в Аэрокосмогеологии полевые испытания в рамках подготовки аппаратов подобного типа к участию в автоматической межпланетной экспедиции «Марс-96». Да-да, ни много ни мало, «Марс-96»! Хотите — верьте, хотите — нет, но космос от Юрки всегда был рядом, только руку протяни. Марсианский Удав должен был бы ползать за аэростатом по поверхности Красной планеты и передавать на базовую станцию информацию о строении марсианской поверхности. Собственно, воду собирались искать с помощью него. Там же всё воду ищут, на Марсе этом: где вода — там жизнь, а марсианская жизнь не даёт покоя со времён открытия марсианских «каналов».
В Аэрокосмогеологии аэростата не было. Таскали Удав — прицепив или к ГАЗ-69, или к снегоходу «Буран», или как бурлаки, за собой. А с водой и жизнью в Западной Сибири было проще: и то и другое наличествовало в полном объёме.
Физически георадар представлял собой два герметичных цилиндра, по метру длиной, наполненных умной радиоэлектронной аппаратурой и соединённых толстым кабелем. Сзади у прибора имелся двухметровый гибкий резино-металлический хвост. Спереди — оптический кабель для соединения Удава с регистратором. К регистратору прилагался оператор. Кто собирался стать оператором на Марсе — неизвестно, а в Северном операторствовали сотрудники группы подповерхностной радиолокации Славка и Влад. Иногда, по просьбе трудящихся, Юрка.
— Удавом, говоришь… А сам чего? — заботливо поинтересовался у брата Юрка.
— Коленки… — скривился брат. — Болят, заразы… Сил нет!
— Ну да… Коленки? Болят? А ехать нужно срочно?
— Ну не то чтобы… — начал нудить брат. — Просто всё собрали… приготовили…
Юрка вздохнул и пошёл переодеваться. Полевая одежда в партии хранилась на складе, проблем с этим не возникало. Юрка надел тёплую поддёвку, брезентовые штаны, водолазный свитер, шерстяные носки, унты, ватный полушубок, рукавицы, перчатки для общения с регистратором Удава и, конечно, шапку-ушанку — куда же без неё? Переодевшись, вышел в гараж. Там возле «Бурана» возился уже одетый Влад. Помогал ему Гришка. Что-то они шаманили с двигателем. Мотосредство российское, потому подлежало регулярному тюнингу.
— Лыжи не берём? — огляделся Юрка.
— На хрена? — Гришка смотрел на просвет зазора у свечи. — Вам тут ехать десять километров… Кругом дороги — почти в посёлке будете.