Я напугал ее. Таков был мой план. Но тогда она не ушла, и теперь другие короли дали ей надежду. Это был план Джексона.
Я предупреждал тебя о нем. Черт возьми, Мэйбл! Я тебя предупреждал!
Детка, в этом чертовом мире слишком много монстров. Джексон - один из них.
Я - один из них.
И Рис, и все остальные короли.
Почему ты не веришь мне?
Что я могу сделать, кроме как вбить тебе в голову этот факт?
Я знаю, что я могу сделать.
Я должен принять решение. Я должен наконец решить, кому я предан - королям или своей совести. Тебе. Я убираю нож-бабочку, откидываюсь на спинку кресла и прикуриваю сигарету.
Правда.
Кажется, это самое страшное оружие.
– Я солгал.
– Когда? - спрашивает меня Мэйбл, все еще застывшая. Она вообще может пошевелиться?
– Только что.
Мэйбл издает смешок. Звук удивления в сочетании с гневом и отчаянием. Ее прекрасное чувство юмора и способность видеть иронию в любой ситуации — две вещи, которые отличают ее от других.
– Я не пощажу тебя, если ты встанешь у меня на пути. Это была ложь. Если ты не будешь сотрудничать, мне придется причинить тебе боль.
– Ты кто? Сын босса мафии?
– Хуже.
Она заметно сглотнула.
– Это правда, что сказала тебе та девушка на вечеринке у озера? Ты... убийца?
Хуже.
– Нет. Но ты мне веришь? Тебе не следует верить всему, что я говорю. Ни единому слову. По крайней мере, не после того, как Харпер рассказала тебе о всех играх последних лет. После того, как ты поняла, что Джексон - мой друг и я всегда буду его поддерживать. Ты такая наивная, Мэйбл, - говорю я. – Ты ведь не вызвала копов, правда?
Она фыркает. Внезапно она снова ожила.
– Я наивная? Я? Кто впустил незнакомку в свою комнату и прячет свой огромный запас наркотиков под подушками, как будто это порнография или презервативы? Ты наивен, если думал, что я не найду это сразу! Или все это знают? Весь кампус знает, что ты здесь торгуешь? Что они могут получить от тебя следующую дозу? Ну прости, что этот факт меня немного удивил. Я надеялась, что вырвалась из той дыры, в которой выросла. Но вы все такие же.
– Так и есть.
Она снова покусывает нижнюю губу. Ненавижу, когда она это делает.
– Я не звонила копам.
– Хорошо.
– Это было бы глупо. Они, наверное, обвинили бы меня в том, что это я подбросила тебе эту дрянь.
– Возможно. Если бы они вообще приехали.
– Так что я просто смыла всё в унитаз.
– ЧТО?!
Я тут же вскакиваю.
Не дожидаясь другого ответа, я понимаю, что она говорит правду.
Лицо Мэйбл бледнеет.
– Ты же не стала... - бормочу я скорее себе, чем ей, и врываюсь в свою ванную.
Все пакетики пусты и разбросаны по полу.
Все.
СОТНИ!
– Что случилось?!
Дверь в мою комнату с грохотом распахивается, и Джексон появляется за моей спиной в ванной. Две секунды. Первая - чтобы понять, что означают опустошенные пакеты со всеми моими наркотиками возле унитаза. Вторая - чтобы понять мою реакцию.
Рядом с ним появляется Рис. Ему требуется еще несколько секунд.
Мы смотрим друг на друга.
Ожидали ли мы этого?
Нет.
Смесь невозмутимости, дерзости, безграничной наивности и полной самоуверенности Мэйбл создает ситуацию, которая застает нас врасплох. Все эти компоненты смешиваются в коктейль... Смертоносный.
– Ладно, теперь ей точно пора, - шепчет Джексон так тихо, что Мэйбл его не слышит.
– Даже ты хочешь этого.
Он смотрит на меня с вызовом.
– Ты надоедливый долбаеб, Джекс, - шиплю я.
– А ты хороший, плохой мальчик, Си.
Внутри я веду битву, которую не смог бы выдержать никто, кроме меня. Я чертов псих, и я это знаю. Даже никотин больше не может усмирить меня.
Ты проигнорировала столько предупреждений, Мэйбл. Пропустила столько подсказок.
Ты могла бы уйти.
Сбежать.
Могла бы, по крайней мере, быть уродливой, неотесанной девушкой, которую никто не захочет!
А вместо этого ты пробудила в нас гончих. Зверей.
– Ты хочешь этого, - шепчет Джексон.
У меня болит голова от сопротивления, сковывающего меня. Я не хочу этого. Больше не хочу. Я не монстр. Не гребаный монстр.
– Я помогу тебе контролировать себя, - обещает Джексон, и в этот момент меня отпускает. – Ты выиграл пари, Сильвано. Ты не прикасался к ней все это время, и я это признаю. Но теперь... всё зашло далеко.
Поводки ослабевают, мое внутреннее напряжение спадает. Контроль Джексона - единственное, что помешает мне причинить боль Мэйбл. Он проследит за тем, чтобы я случайно не порезал тебе кожу этой бабочкой. Я нуждаюсь в Джексоне так же сильно, как хочу его убить.