– Я и не заметила.
– Прибереги свой цинизм.
– Ты объяснишь мне, почему ты участвуешь в таком дерьме? Почему бы тебе не выступить против Джексона и не смотреть, как я страдаю?
– Я не могу.
– Потому что тебе нельзя.
Он рычит.
– Потому что я не могу этого объяснить. Этот университет - нечто большее, чем учёба. Гораздо больше, чем диплом. Вот почему вы, стипендиатки, не особо популярны. Люди здесь думают, что вы хотите что-то у них отнять. Это немного... похоже на феномен мексиканца, который якобы крадет рабочие места в южных штатах, хотя он даже не говорит по-английски.
– Меня впечатляет, что ты критически относишься к такому поведению.
– Я не рассматриваю это критически. Люди иногда так реагируют. Они боятся всего и видят в каждом угрозу.
– Значит, ты считаешь нормальным то, что происходит вокруг меня? Потому что люди боятся и все такое?
– При чем тут "нормально", если мне все равно?
– Ты терпишь это. Вот что означает "считать это нормальным". Если бы тебе было все равно, ты бы не стал это терпеть.
Рис смотрит на меня, как на глупое животное из зоопарка.
– Нет. Мне не безразлична ты.
– Отлично. И что мне на это купить? Этого было недостаточно для победы. Вы меня обманули!
– Мы не обманывали! Ты бы победила, если бы просто провела ночь в братстве! Но тебе надо было смыть заначку Сильвиана и уйти от нас...
Он вздыхает и напряженно проводит пальцами по волосам.
– Ты так же наивна, как гусеница, которая думает, что ее естественный враг - птица, а потом ее раздавливает подошва ботинка.
– Если ты думаешь, что все в этом мире виновны в твоих страданиях только потому, что они ничего с этим не делают, ты ошибаешься. В Кингстоне речь идет не о вине или невиновности. До сих пор ни один человек, не обладающий восьмизначным состоянием, не получил здесь диплом. В Кингстоне нет сортировки по расе, происхождению или религии. Этот университет объединяет семьи, у которых есть деньги. А что происходит, когда учебное заведение таким образом позиционирует себя перед внешним миром?
– Он привлекает еще больше денег?
– Верно. Уже много лет в Штатах не рождалось никого богаче выпускников Кингстона. А теперь подумай еще немного, и ты поймёшь, что дело не только в учебе.
– Речь идет о налаживании связей, чтобы оставаться в первой десятке лучших?
– Да. Именно. Получение степени в Кингстоне, особенно степени магистра, открывает перед тобой совершенно новый мир. Вы, стипендиатки, можете отнять места.
– Места?
– В кругу.
– В каком кругу?!
– Так называется союз, в который тебя принимают с отличием. Вот почему многие здесь очень заинтересованы в том, чтобы изгнать тебя.
– Я вообще не хочу, чтобы меня принимали в какой-то кружок!
– О, это не зависит от тебя. Если они захотят, ты станешь их частью.
Я скрещиваю руки на груди и ничего не говорю. Все это звучит как очередная ложь.
– И как вы, парни, попали в число лидеров? Вы доказали, что можете быть особенно большими засранцами?
В его взгляде сквозит усталость, которая овладевает мной, как подкрадывающаяся болезнь.
– Мэйбл, что ты думаешь о том, чтобы просто уйти и оставить все это позади?
– Что?
– Тебе не обязательно учиться здесь. У тебя есть тысяча других вариантов. Твоя жизнь может быть легкой. Знаешь, может быть, мы встретимся через три года после окончания моей магистратуры и продолжим начало нашей очень интересной любовной истории. У нас может быть счастливый брак. Ты богатеешь одним махом, позволяешь мне трахать все, что я захочу, мы время от времени развлекаемся в супружеской постели, а со временем, когда мне надоест, у нас появятся дети. И если это буду не я, то кто-то другой. При желании ты могла бы обвести вокруг пальца многих парней, которые учатся здесь. Тебе просто нужно смириться с тем, что для тебя не будет большего. Что ты не сможешь учиться в элитном университете, что ты, возможно, окажешься в худшем положении, чем парень, за которого выйдешь замуж. Но что это все по сравнению с тем, что случилось с тобой здесь?
– А что случилось? - нагло спрашиваю я. – Ты имеешь в виду, что я была разменной монетой в вашей дурацкой игре? Издевательства не стоят того, чтобы отказываться от моей мечты.
– Почему ты не воспринимаешь это всерьез?
– Потому что это глупо!
Веки Риса полузакрыты. Я знаю, что больше он мне ничего не скажет. Возможно, он уже сказал больше, чем хотел.
– Какой смысл держаться за свою гордость? Имей в виду. Сдаться - лучший вариант. И да, я не могу тебе ничего обещать, но девушка, которая выйдет за меня замуж, чтобы сохранить приличия и которая немного более терпима, чем Кларисса...