– Тридцать баллов за услугу.
Улыбка Джексона превращается в ухмылку. То, как он подчеркивает это слово, может быть только чем-то непристойным.
– Эти баллы начисляются вам другими студентами. Речь идет не только о курсовой работе. Только от вас зависит, как много услуг вы сможете оказать наряду с учебой. И последнее, но не менее важное...
Четвертая линия проецируется на стену.
Двести баллов за лучшую оценку.
– Мы не хотим игнорировать тот факт, что учеба в Кингстоне также зависит от достигнутых результатов. Было бы неправильно отвергать их.
Джексон торжественно поднимает руки и поворачивается к аудитории.
– Вот вам и ваша арена, ублюдки! Только одна может победить! Кто хочет сделать ставки?
Раздается одобрительный рев, все до единого студенты в масках аплодируют и хлопают. Снова включается музыка, и некоторые из студентов достают купюры и начинают переговариваться между собой.
На сцену выходит парень, чья маска такой же формы и цвета, как у Джексона, только она закрывает ему рот. На нем черная рубашка, черные чиносы и туфли с золотой эмблемой. Кольцо на его пальце с гербом королей означает, что этот человек - один из них.
Рис?
Ромео?
Или еще один придурок качок, который думает, что правит миром только потому, что его родители - мультимиллионеры?
Каждой из нас вручают по конверту. Не открывая его, я знаю, что внутри.
Тысяча долларов.
Я беру деньги, потому что хочу пожертвовать их. Но ничто и никогда не казалось мне таким унизительным...
Джексон
Ну как тебе шоу, принцесса? Ты купилась, да?
Я могу быть мудаком, когда захочу, верно?
Но не волнуйся.
Все, что я сказал, было ложью.
Я не считаю вас ни особенно умными, ни достаточно сообразительными. Но ты, я уверен, все еще произведешь на нас впечатление, не так ли?
16 Мэйбл
Десять баллов за курсовую.
Двадцать баллов за вызов.
Тридцать баллов за секс.
Двести баллов за лучшую оценку.
Слова, все еще написанные на противоположной стене, дают нам понять, что мы - развлечение для самых богатых из богатых. Ни больше, ни меньше.
Как будто наша учеба - это развлечение.
Общее воодушевление для каждого из них.
Я дрожу, когда поднимаюсь со стула.
– Мэйбл! - Харпер поднимается на пьедестал и обнимает меня за плечо. – Мне так невероятно жаль. Мне так жаль!
– Ты знала об этом? - настороженно спрашиваю я. Мне все еще не хочется верить, что этот список - не просто прикол на вечеринке. Больше, чем просто очередной розыгрыш.
Харпер смотрит на меня с грустной улыбкой, испытывая угрызения совести.
– Нет, конечно, нет!
Она стаскивает меня с платформы.
– Я буду рядом, чтобы помочь тебе. Во всем!
– Спасибо, это действительно мило с твоей стороны, - говорю я, стараясь не упасть. Все это слишком много для меня. Джексон - слишком много. И Сильвиан. То, что я лежала в постели с Рисом, хотя он замешан во всем этом дерьме. У меня кружится голова, меня тошнит, и я хочу бежать. Бежать, пока не закончится боль. Моя мечта о совершенно нормальной учебе в колледже рухнула. Теперь она у меня черно-белая. Все в комнате просто ждут, когда я возьмусь за систему начисления очков и займусь проституцией.
То, что рассказала мне Харпер, звучало ужасно. Похоже на грубые издевательства, с которыми можно справиться, проявив достаточную сплоченность.
Но теперь все остальные стипендиатки стали моими соперницами.
Нас вытолкнули на игровое поле и поставили друг против друга. Оружием больше не являются сами короли.
Это мы.
После всего, через что мне уже пришлось пройти в своей жизни... После всего, что произошло. Моя мама. Ее гребаные любовники, которые подбирались ко мне. Олив. Моя младшая сестра, которую мне пришлось оставить, потому что я надеялась, что смогу обеспечить нам лучшее будущее.
Всё обрушивается на меня, и я хочу убежать. Я недостаточно сильна для этого. Я не смогу противостоять Королям, потому что они всегда будут придумывать что-то новое. Я в этом уверена.
– Давай поговорим об этом в тишине, хорошо?
Харпер ведет меня сквозь толпу, но я не совсем там. Я не могу быть там. Все это не по-настоящему. Это настолько глупо, что должно быть шуткой.
– О чем ты хочешь поговорить? Как мне выжить на арене?