По крайней мере, я не встречаю Сильвиана и Джексона в кампусе.
Это ежедневная битва, но я все еще выигрываю ее. Игнорирование того, что происходит вокруг меня - действенная мера. Интересно, как долго я выдержу.
В четверг вечером, когда я направляюсь в Краунс, чтобы заменить мою коллегу, которая завтра сдает важный промежуточный экзамен, я замечаю необычно большую группу, собравшуюся на парковке. Поскольку я уже стала параноиком, я на мгновение испугалась, что они здесь из-за меня. Чтобы наблюдать очередной розыгрыш.
Но ничего не происходит, и я беспрепятственно вхожу в бар.
Внутри все места заняты.
– Что происходит? - спрашиваю я Дэрби,
который уже вовсю разливает пиво.
– Здесь так каждый четверг. Тебе повезло, что я дал тебе другие дни.
Он втискивает мне в руку полный поднос.
– На выходных у ребят свои вечеринки в общежитиях. Здесь бывают только чужаки. Но по четвергам они все тусуются у нас.
– Теперь поторопись.
Через полчаса я чувствую себя так, будто бежала кросс. Работа официантки совсем не похожа на работу за барной стойкой. Самое большее, что я делала в Flavour, это собирала пустые стаканы - никогда не разносила полные. Поскольку мне не было двадцати одного года, мне не разрешалось входить в VIP-зону. Что я считала удачей, потому что туда носили ряды тяжелых бутылок и подносов, полных коктейлей.
Разность множество пивных стаканов по залу кажется более утомительным, чем в другие мои смены. Совершенно измученная, я делаю небольшой перерыв за барной стойкой и выпиваю стакан воды из-под крана. По крайней мере, студенты настолько отвлечены своими шумными разговорами, что почти никто не смотрит на меня второй раз. Да, они замечают меня, но при этом игнорируют. Это гораздо лучше, чем быть центром их насмешек.
– Так, отнеси это в бильярдную.
– В бильярдную?
Дэбри кивает в сторону неприметной на вид черной деревянной двери, за которой, как я раньше предполагала, находится кладовая.
Он смотрит на меня так, как будто задается вопросом, подхожу ли я для этой задачи. Это не может быть из-за четырех напитков, которые он поставил мне на поднос. Три стакана виски и одна кола. Виски нет в меню, потому что это один из напитков, стоимость которого превышает тридцать долларов, и его цена варьируется в зависимости от сорта.
– Что? - спрашиваю я его. – Ты сомневаешься, что я могу аккуратно носить дорогое виски? Я просто ходила по этому беспорядку почти час и не пролила ни капли.
Дэбри выглядит рассеянным.
– Что ж, будем надеяться, что ты не прольешь. Иди уже.
Я тайком закатываю глаза, отворачиваюсь и иду к деревянной двери.
За ней меня ждет черный занавес, и еще до того, как я отодвигаю его, на меня обрушивается поток сигарного дыма. Я ожидаю увидеть за занавесом нескольких богатых профессоров и внутренне молюсь, чтобы никого из них не было на лекциях, когда переступаю порог и вижу в клубах дыма четыре фигуры, играющие в покер.
Ромео замечает меня первым. Едва он поднимает глаза, другие взгляды следуют за ним.
Как будто я переместилась на столетие назад. Комната почти такого же размера, как и гостевая, в которой ютятся более пятидесяти студентов, и похожа на комнату старого мастера. Деревянные украшения на потолке, полки с книгами в кожаных переплетах на стенах, кресла с подлокотниками шире, чем сиденье. Ковры с восточными узорами, картины маслом, изображающие мужчин в старомодных фраках, и бильярдный стол с золотыми украшениями, который не только выглядит антикварным, но и таким же дорогим, как и вся остальная обстановка комнаты вместе взятая.
Джексон затягивается сигарой, прежде чем кладет ее на стол перед собой. Точно так же, как его покерная рука. Его перстни с печатками сверкают передо мной, и он одет в классическую, хотя и очень свободно застегнутую рубашку. Рис сидит напротив него. Вместо сигары он курит косяк, а вместо костюма на нем рубашка-поло и светлые брюки. Он немного похож на модель, которую печатают на обложках консервативных журналов, только намного... сексуальнее.
Ромео исчезает за густым дымом. Выражение его лица загадочное и серое, как и в прошлый раз, когда я с ним встречалась. Остается Сильвиан.
Он даже не повернулся ко мне полностью. Он снова в своей кожаной куртке, с сигаретой, зажатой между губами. Он кажется незаинтересованным. Как будто мы вообще не знаем друг друга.
Но мы знаем. У нас был секс. Кажется, прошла целая вечность, и все же я помню каждую секунду.
Я уже чувствовала трех мужчин, сидящих передо мной. Они притягивали меня к себе, одолевали, заставляли кончать или почти кончать, и столько же раз они предавали меня. Рис наблюдал, как Джексон усыпил меня. И Ромео помог ему в этом.