– Это не так, - перебивает меня Джексон. Его взгляд устремлен на меня. Серьезность на его лице заставляет меня вздрогнуть.
– В какой-то момент женское движение стало настолько масштабным, что Кингстон больше не мог позволить себе принимать только мужчин. Поэтому они стали принимать девушек. Сначала им разрешалось учиться, если здесь учился их брат. Затем Кингстон расширил прием и стал принимать девушек из других семей. Они выбирали не по результатам тестов или успеваемости, не по каким-то нелепым сертификатам, рекомендациям и прочей ерунде, как нас, парней. Кингстон выбирает абитуриенток только по деньгам.
– Так что большинство студенток богаче своих сверстников-парней. Но поскольку они пустые, как лампочки...
– Кресент, - наставляет его Сильвиан, глядя в мою сторону.
– Да, что? - с вызовом спрашивает Рис. – Они глупы и делают то, что хотят их семьи. Кингстон - это гребаный бордель, Доул. Достаточно такому Кресенту, как я, пошевелить пальцем, чтобы любая из них села на его член. Они присылают нам проституток. Вот что на самом деле происходит в Кингстоне.
– Вы ждете, что я... пожалею вас? - спрашиваю я их троих, в замешательстве.
– Пожалеешь кого? - огрызается Рис, и я вздрагиваю. – Нас не надо. А вот вы, девушки, реально окажетесь в полной заднице, если будете продолжать в том же духе.
– Ладно, иди отлей и успокойся, - рычит Сильвиан.
– А что такого? - раздраженно спрашивает Рис.
– Кресент, - предупреждает Джексон.
Рис смотрит на них обоих по очереди, вздыхает и сердито шагает в сторону парковки.
– Было ли это просто... довольно странным рассуждением о том, почему патриархат всегда выживет? - спрашиваю я этих двоих, не уверенная, что они вообще подходят для этого разговора.
– Ничего странного, - признает Сильвиан, и наши взгляды встречаются. – Кресент прав. Кингстон сочетает в себе власть и деньги. Есть ряд вступительных экзаменов и для девушек, но да, это правда, что большинство из них покупают себе место и, как правило, выбирают легкий путь в кампус...
– Стараются не напрягаться, - подсказываю я.
Он защитно поднимает руки.
– Я не имею ничего общего с большинством из них. Но если Кресент и Джексон могут делать то, что делают, и при этом трахаться со всеми подряд... Значит, в этом что-то есть, верно?
– Я тоже здесь, - бормочу я. И если есть что-то, что меня совершенно не волнует, так это деньги. Может, остальные студенты чувствуют то же самое? Может, они просто хотят попробовать тот притягательный яд, который источают Короли?
– Кто сказал вам, что они реально вышли бы за вас замуж, если бы выбирали? Может, они, как и вы, хотят просто повеселиться и секс без обязательств, а ваши разговоры - не что иное, как потакание своим желаниям?
Выражение лица Сильвиана остается непостижимым, но Джексон ехидно поджимает губы.
– Оставь свой активизм для подписчиков в Твиттере, хорошо? Мы знаем, что такое шлюха, и можем отличить ее от такой девушки, как ты, которая просто хочет секса. Ты признаешься нам в этом? Это было бы действительно полезно, потому что, если ты считаешь нас интеллектуальным мусором и думаешь, что мы презираем женщин как таковых, ты слишком поверхностна для того, что мы для тебя задумали.
– Что вы собираетесь со мной делать? - спрашиваю я с тошнотворным чувством в животе.
– Мы хотим, чтобы ты выиграла следующий этап.
– Что? - спрашиваю я, недоумевая.
– Никто не заслужил остаться в Кингстоне так сильно, как ты.
Сильвиан в последний раз переворачивает лепешку.
– Мы хотим предложить кое-что, чтобы ты смогла победить.
– В следующем раунде?
– Да, - многозначительно говорит Сильвиан.
Джексон ловит мой взгляд, и его голубые глаза загораются.
– Проведи с нами ночь и получи за это тысячу очков.
Мое сердцебиение учащается.
– В доме братства, - добавляет Сильвиан.
– Рис, Сильвиан и твой покорный слуга будут там. И ты тоже. Желательно на неделе Дня благодарения, тогда дом будет практически в нашем распоряжении.
У меня пересыхает во рту.
– Я бы даже приняла это совершенно странное и необоснованное приглашение, если бы речь не шла об "Арене"...
– Мы должны как-то обосновать, почему ты получаешь баллы, - объясняет Джексон, пожимая плечами. – Простая формальность.
– Почему бы вам просто не прекратить эту дебильную игру? Это полная глупость!
– Это не так просто, - уклоняется Джексон. – За этой игрой стоит очень много причин, Белль, но мы еще не настолько хорошо знаем друг друга, чтобы ты могла понять, что мы имеем в виду.