— Не переживай, я не скажу, что ты завел любовницу, но и обещать тебе должность не буду. Все зависит уже не от меня, так что если тебя внезапно уволят, ты не обессудь, — я поднимаюсь на носках, коротко шепчу ему, а затем опускаюсь и снова, как будто за железным занавесом.
Агеев расправляет плечи пошире и полностью закрывает меня собой. Вообще плевать, как это смотрится со стороны в моменте, важно лишь то, что я вдруг чувствую себя увереннее и спокойнее — в разы! И всё это только потому, что он пришёл сюда решать мои проблемы. Если положить руку на сердце, если бы он сейчас ещё и втащил ему, я, на самом деле, была бы только рада.
— Маш, может, ты договоришь со мной?
— У меня есть идея получше.
Тимур хватает Давида за шею и резко опускает к земле, цедя что-то слабо различимое. Я сначала дёргаюсь, а затем совершенно спокойно делаю пару шагов назад, оглядываясь по сторонам. Зевак очень много, но из работников университета — никого. Почти. Только… одна пара глаз всматривается в меня с явным интересом.
Что такое «не везёт» и как с этим бороться? Другими словами передать происходящее я не могу. Мне и так предстоит очень много чего слушать. В который раз, возможно, назовут глупой, недалёкой и вообще не заслуживающей научной степени. Но да ладно. Чему быть, того не миновать. Я уже должна была привыкнуть к этому.
— Тимур, — прошу его коротко, и он мгновенно отпускает Давида, который знатно офигел от происходящего. Он больше ни слова не произносит, а резкими движениями пытается уйти как можно скорее. Даже не оглядывается!
Меня начинает трясти — вот это догоняют эмоции. И, что очевиднее, перегоняют. В спину впивается тот же внимательный взгляд одной старой кошелки, которая так и хочет довести меня до нервного истощения…
И смотри — мне всё равно! Пусть хоть весь университет смотрит! Даже если уволят — мне вот всё равно. Откуда такой настрой? Да вот внезапно осенило, что мне наплевать на то, что будет дальше. Может, последняя брошенная Давидом фраза стала той самой каплей, из-за которой чаша переполнилась.
И вот я стою, смотрю вслед своему бывшему и понимаю, что больше всего радуюсь именно его уходу.
— Он конченный, блядь, просто конченный. А теперь посмотри на меня, — Тимур резко подходит ко мне, перехватывает лицо за подбородок и заставляет смотреть на него.
А я смотрю и захлёбываюсь в эмоциях. Это всё — я даже не могу пояснить. Какого чёрта, мать твою?! Просто парень, который вот так осторожно пробрался ко мне в душу и выворачивает всё наизнанку, кажется, делает для меня больше, чем тот, с которым я встречалась столько лет. А по итогу оказалось что? Что это всё — просто надутый мыльный пузырь.
— Агеев, мы на всеобщем обозрении, — поправляю его, так как он слишком интимно касается меня второй рукой, переплетает наши пальцы и заставляет моё сердце биться чаще. Слишком часто. Настолько, что я — сплошной пульсирующий нерв.
— Срал я на это. И что ты в этом говнюке нашла? — Не знаю. Девочки любят плохих мальчиков. — Не, ну ты давай плохого с хуёвым не путай, ладно? Это вообще две большие разницы, знаешь ли, — недовольно бубнит он, хмурясь и то ли злобно улыбаясь, то ли скалясь с пугающим выражением лица.
Взгляд тёмный и колкий, пробирающий до нутра. Он тоже злится, только не показывает этого, но я неплохо умею читать по жестам и мимике. То, что вижу сейчас, — однозначно злость.
— Не смей рыдать. Нахуй пошёл он и всё тут. Я тебя домой сегодня повезу. Сама за руль не садись. Поняла меня? — наклоняется ещё ниже и практически касается моих губ своими. От этого я задерживаю дыхание и будто бы ныряю в какую-то бездну.
— Поняла-поняла, — шепчу еле слышно.
Меня эмоционально штормит и накрывает от всего происходящего. Хотя куда уж больше, верно?
Глава 39
Маша
Отец звонит мне без остановки, но я снова и снова сбрасываю его. Не хочу ни с кем сейчас говорить.
Я вообще ничего не хочу сейчас. Вплоть до самой аудитории кажется, что мысли скачут а голове табуном от а) наплевать на все степени и работу в универе и до б) сорваться в другую точку планеты, захватив с собой маленький рюкзачок.
И пусть они все что хотят, то и делают.
Вот так одно маленькое событие может стать чередой глобальных изменений в человеке и в его жизни.
Ступаю отрывистым шагом, резкими движениями, вся наполнена адреналином.
Сегодня змея не должна была прийти, но она за каким-то чёртом приперлась, а это значит только одно. Сейчас будет мозгоебство, от которого увернуться будет невозможно.
Набираю полные лёгкие воздуха и толкаю дверь, с такой же скоростью влетая в кабинет. За моим рабочим столом сидит развалившись она, та, которая поедает мозг чайной ложечкой с ехидной улыбкой на лице.
Взгляд мажет по мне так, как будто она в курсе всех самых грязных секретов.
И плевать.
И пусть!
Горит сарай, гари и хата!
Эту улыбку я бы размазала катком с превеликим удовольствием!!!
Только сейчас мне вдруг в голову приходит мысль, что доведение до убийства вполне реальная вещь!
— Мария Артуровна, Добрый день. Или, если судить по вам, день не задался?
Как обычно, та самая интонация, которая доводит меня до исступления в этом маразматическом общении.
Молча киваю.
— Оно и понятно, чего радоваться, если ты бездарность? — наманикюренные пальцы сжимают мой черновик, что лежит на столе.
Вскипев за доли секунды, открываю рот, чтобы по уши ей уже ответить, как она меня перебивает.
— Обожди. Я не договорила. Посмотрела второй раздел, и пришла к неутешительным выводам. Отвратительная подача, Славская. Ощущение, что ты и двух курсов не закончила. Форменное безобразие. И это будущий научный работник? Да студент на грани отчисления написал бы лучше, слаженнее и доходчивее. Ты бы уже у папочки, что ли, помощи бы попросила? Всяко лучше, чем вот так позориться перед людьми и чернить такую знаменитую фамилию. Безобразие, — чеканит она, и с каждым словом чаша терпения все наполняется и наполняется, чтобы расколоться надвое и выпустить наружу адреналиновую ядерную лавину гнева, за которой последует мое будущее отчисление.
Все.
Маятник раскрутился окончательно!
Точка невозврата пройдена.
— Знаете что? Вы можете катиться к чертовой матери на все четыре стороны. Думаете, что мне есть дело до ваших бестолковых замечания? Да срала я на них! Срала! Никто лучше меня эту работу не напишет, я прочитала долбанную тучу научных работ, провела огромную работу, жила в библиотеках и замучила всех сотрудников нашего универа, которые до трясучки вас боятся, не для того, чтобы каждый раз слушать, какая я херовая. Я единственная на курсе синхронно переводила международную встречу, я единственная могу слету на любую тему поговорить. Я та, которая исправляет каждую вашу придирчивую и бестолковую правку не повторяясь при этом!! Да любой другой на моем месте уже купил бы работу или пожаловался бы звёздному, как вы говорите, отцу, а я все решаю сама, потому что у меня в голове не вакуум, а мозги, которые надулись уже от полученных знаний. И знаете что? Нахер диссертацию, нахер научную работу! Мне остопиздили ваши непрофессиональные замечания и комментарии, которые никак не относятся к моей работе, и ваши вечные исправления там, где их быть не может, тоже. Надоело!!! Ебись оно все конем, я ухожу! И не из преподавания, а от вас куда подальше!! От вас всех!! И все равно я лучшая, потому что я, вашу ж налево и направо, в совершенстве знаю язык и постоянно совершенствуюсь. Все, до свидания!