Ну какая же красота. Маша упирает ручки мне в грудь и пытается вырваться, хоть и самозабвенно отвечает. Стой там, но иди сюда, да?
— Нет, так не пойдет, — отрываюсь и шепчу в искусанные губы. Так много чего сделать хочется, что аж дух захватывает! Пульсация во всем теле начинает вырубать мозг.
— Агеев, мы под стенами универа, — кладет пальцы мне на губы, не давая продолжить. Сама же покрывается таким ярким румянцем, что хочется слизать и попробовать трепет и смущение языком.
— И че?
— Ничего, поехали домой, — вздыхает с болью, взгляд переводит в сторону.
— У нас другая программа на сегодня…
Запускаю двигатель и плавно трогаюсь с места. А рэнджик неплохой, конечно, гонит что надо. Прямо на миллион.
Интересно, сколько он жрет?
— Куда это?
— Как мой батя говорит, не закудыкивай. Агась?
Подмигиваю Славской и перехватываю холодную ладошку. Тяну к себе и накрываю ширинку. Сверху прижимаю и довольно скалюсь, а Маша упорно пытается отдернуть руку.
— Тим, прекрати!
— Я ещё не начинал, — позволяю ей немного показать характер, но между тем, мне есть чем крыть.
— Да, я заметила, — улыбку прячет за серьезным выражением лица.
— Сегодня я покажу тебе, какой я охуенный мужик, — чешу очередную хвастушку в свой адрес и сворачиваю в сторону центра боевых искусств.
— Тимур, у меня много работы, мне правда некогда гулять…
— Ты едешь в музей, смотреть на вымирающий вид мужиков, так что это можно вписать в ежедневную практику, типа зарядки.
— Я буду смотреть на мужиков?
— Нет, ты будешь смотреть на меня, конечно. Что за мысли, Але? Я за такие мысли всыплю по жопе за милую душу.
— Агеев, я правда не в настроении сейчас.
— Я тоже. Так что не будем обострять, а будем заниматься жарким сексом! Сразу после моей тренировки. Не приду — мне вставят пистонов, понимаешь? Очень надо прийти! А чтобы мне совсем в кайф было, то приду с тобой. Может, я хочу, чтобы ты очень мною впечатлилась. Вот это бабское восхищение заставляет чувствовать себя богом. Вот хочу и точка. Так что восхищайся мной, пожалуйста.
Перебираю тоненькие пальчики, тяну к губам и целую каждый. Сейчас бы нырнуть в пучину порока и забыть про всех и вся.
— Мне к парам готовиться надо.
— Зачем? Ты и так умная, даже слишком. Мне вот, к примеру, страшно, что ты меня бросишь, потому что я тупой. Нет, ну я чисто технарь, а в остальном ну такое.
— А мы что, встречаемся?
— Малыш, мы теперь вместе живём, и это не обсуждается.
Она удивленно вскидывает брови, и теперь яркие эмоции заливают пунцовое лицо.
Я же ускоряюсь и нарушаю все нормы скорости. На одном месте я их вертел.
— Куда ты ломишься, как лось по кукурузе? — бибикаю умнику, который с левой полосы решил повернуть направо. Ну пиздец! Точно нализал на права и на машину, иначе не ясно, как такие гении берутся на дороге.
— Ты можешь спокойнее ездить?
— Тебе не о чем волноваться. Для тебя я могу всё, — подмигиваю и паркуюсь у дворца спорта "Юность”.
Она непонимающе смотрит на меня, потом переводит взгляд на вход в центр боевых искусств.
— Тимур, серьезно? — в ее голосе больше удивления, чем недовольства.
— Абсолютно, малыш, — ухмыляюсь и выхожу, обходя машину, чтобы открыть ей дверь. — Давай, не тушуйся, впечатляйся.
Маша вздыхает, но все-таки выбирается из машины. Ладошки прячет в рукавах свитера, но я-то знаю, что она уже заинтересовалась.
— И чем ты тут занимаешься?
— Боевыми искусствами, — самодовольно улыбаюсь. — Сегодня у нас точняк будут спарринги, так что будет зрелищно.
Она скептически хмурит брови, но я уже перехватываю ее за запястье и тащу внутрь.
Внутри пахнет потом, кожей и легкой древесной кислинкой. Народ суетится, разминается, кто-то уже работает в парах. Я киваю тренеру, перекидываюсь парой слов и поворачиваюсь к Маше.
— Садись вон туда, в первый ряд.
Она закатывает глаза, но усаживается на скамью у края зала. Я тем временем переодеваюсь в форму, затягиваю пояс и выхожу на татами.
Глава 42
Агеев
Разминаюсь быстро, потому что мышцы еще помнят нагрузку, но время от времени кошу взглядом в сторону Маши. Она сидит на скамье, скрестив ноги, и хоть делает вид, что ей неинтересно, но я-то вижу, как цепляется глазами за каждый мой шаг.
Тренер — гад. Подходит ко мне с ухмылочкой, явно что-то задумал.
— Ну что, Казанова, жив-здоров? — хлопает по плечу и окидывает меня оценивающим взглядом.
— Вполне, — ухмыляюсь в ответ.
— Гляжу, персональный фан-клуб привел.
Я закатываю глаза. Лучше бы я привел ее к себе домой, где мы бы знатно потрахались!
— Это моя девушка, если ты вдруг не понял.
Тренер довольно хмыкает.
— Ну раз так, давай покажем ей зрелище, а? У нас тут как раз новичок рвется в бой.
Я даже не успеваю ответить, как передо мной возникает высокий, жилистый парень, которого я раньше тут не видел. Лицо наглое, губы в усмешке, взгляд оценивающий.
— Готов, Агеев? — ухмыляется тренер.
— Всегда, — бросаю, стягивая с себя футболку и оставаясь в одних штанах для спарринга.
Маша дергается на скамье. Видимо, удивлена, что все так быстро закрутилось. А может, просто впечатлилась.
Тренер дает команду, и мы с новичком выходим на центр татами. Я расслабленно двигаюсь на ногах, готовясь к бою, но мой оппонент уже резко рвется вперед, рассчитывая застать меня врасплох.
Ха, не на того напал.
Я легко уклоняюсь, разворачиваюсь на пятке и отвешиваю легкий удар в бок. Так, чтобы прочувствовал, но не слег. Тот морщится, но не отступает.
— О, так ты не просто мальчик-мажор, — ухмыляется.
— Откровение века, — кидаю в ответ и ловлю его удар, перехватывая запястье и выкручивая руку.
Парень шипит, пытаясь вывернуться, но я резко дергаю его на себя, ставлю подножку, и он с глухим стуком падает на татами.
Раздается одобрительный гул зала.
Я бросаю взгляд на Машу. Она прижала руки к губам, глаза широко распахнуты. Ну да, впечатлилась.
Парень на полу кряхтит, но поднимается, трясет головой и снова идет в атаку. Ну, если хочет…
Спарринг продолжается. Он резкий, но я быстрее. Его удары мощные, но мои точнее. Он злится, а мне весело. И еще приятнее от того, что в зале сидит Славская и смотрит на меня с каким-то странным блеском в глазах.
Твой дождик так не умеет, да?
После очередного удачного уклонения я резко подсекаю парня, и он снова оказывается на полу.
— Хорош, — рычит, поднимая руку в знак капитуляции.
Тренер довольно кивает, а я вытираю ладонью пот со лба и бросаю очередной взгляд на Машу. Она сидит все так же, но теперь щеки у нее пылают.