— А пароль?
— Не знаю, пиши имя твоей матери.
Я написала и нажала энтер. Высветилась ошибка доступа.
— Ты что, не можешь написать Инесса? Пиши по буквам!
Со второй попытки снова высветилась ошибка. Я вернулась назад, отец кричал:
— Дерьмо, вы сами не умеете пользоваться своим компьютером, как меня достали эти технологии и люди, пользующиеся ими, вы все тупые!
Пока он бегал туда-сюда по кухне, я поняла, что это вход в досье, которое нужно сначала создать. Внизу страницы я кликнула на соответствующую надпись.
— Иди сюда! — позвала я папу.
— Отлично, сейчас мы быстренько зарегистрируемся, — сказал он.
Но внезапно оказалось, что женщина из горячей линии была права. Мы сидели за компьютером ровно два часа, это было сложное и муторное дело. Отец махал своей бумажкой, сам не мог разобрать что он там законспектировал, время от времени спрашивая:
— Слушай, а к чему я тут это написал вообще?
За это время папа узнал обо мне много нового, начиная от оценок в школе и заканчивая хобби, которое тоже требовалось указать.
В один момент работа зашла в тупик. Каждый раз, когда я пыталась перейти на следующий этап заполнения анкеты, мне выдавало, что в досье на предыдущей странице ошибка. Отец впал в ступор, тупо сидел, смотрел в экран и пожимал плечами. Я же пыталась найти выход, что-то исправляя. Наконец я нашла выход, но папа оставался в ступоре.
— Смотри, получилось! — толкнула я его.
— А как ты это сделала? — спросил он.
— Я не знаю.
— Да, я тоже, — и мы продолжили.
Отец выпил две таблетки от головы, четыре чашки кофе, но мы таки зарегистрировались. Когда я все перепроверила, сохранила и закрыла ноутбук, он сказал:
— Дерьмо, как я устал.
— Пойдешь на прогулку?
— Да, нужно подышать свежим воздухом.
Во время прогулки папа говорил:
— Ты видишь, какой у тебя отец! Да ты без меня ничего бы сделать не смогла, но я тебе помог, я так умен!
Я не была уверена, что мы все сделали правильно, но, похоже, отец в этом не сомневался.
— Ты завтра будешь звонить своей матери?
— Да, и я расскажу ей всю эту историю.
— Да, — выпятил грудь батька. — Да, расскажи ей, какой я молодец, я самый умный! Кстати, если ты поступишь, я куплю тебе квартиру в городе. А если не поступишь, вернешься на родину на заводе работать, — он улыбнулся, предаваясь мечтам.
Через неделю мы поехали в Кольмар на встречу с Жан-Жаком, который выкурил все сигареты и ему срочно нужно было купить еще два блока у папы.
Когда все было сделано, мы пришли в кафетерию поесть. За кофе отец сказал:
— Слушай, Жан-Жак, где-то через месяц, когда я раздобуду деньги, ты закажешь мне по интернету смартфон.
Жан-Жак повернулся ко мне:
— Ты бы могла научить папу пользоваться современными телефонами.
Я скромно улыбнулась и кивнула, представляя, какой же это будет ад, ведь батька за несколько месяцев жизни со мной даже фотографировать на телефон не смог научиться, не говоря уже о том, что, несмотря на мои объяснения, он так и не понял разницу между вай-фаем и мобильным интернетом.
— Да зачем мне она, Жан-Жак, мы тут недавно регистрировались на поступление в университет, я ей так помог, я побольше нее понял! Да я теперь все знаю, я почти хай-тек! — кричал папа.
Жан-Жак снисходительно улыбался, но отец этого не замечал, продолжал рассказывать, как он умен, размахивать руками, и в конце концов выронил конфету, которую собирался раскрыть, в кофе. Он выругался матом на всех языках, попытался выловить конфету, но она скользила и не давалась. Мы с Жан-Жаком едва сдерживали смех. Наконец папа вынул конфету, никак не мог ее раскрыть, заляпал все вокруг кофе, продолжая материться.
— В общем, Жан-Жак, ты же знаешь, я умен как никто, — сказал отец, когда конфета оказалась в его желудке. — Я часто говорю людям: толку от того, что у вас есть все эти ноутбуки, если вы ими пользоваться не умеете. С Полин то же самое, я и ей все время это повторяю. Вон я как увидел сайт, сразу сообразил, что к чему.
Мне оставалось только скромно кивать под улыбку Жан-Жака.
В городке рядом с нашим селом папа остановился, чтобы купить пирожные к чаю. На улице лупил дождь, и, когда отец залез в машину и сунул мне в руки бумажный пакет с коричными булочками, он закричал:
— Дерьмо, из-за стука дождя по моей одежде я хочу пи́сать!
В панике он повел машину по узким улицам в поисках укромного местечка. Мы выехали за городок, батька остановился возле небольшого кладбища, выбежал из машины, и, промокая под дождем, пи́сал на каменный забор, чихал на всю округу и что-то говорил сам себе.
Дома он срочно лег спать, я последовала его примеру.