— Нет! Не смей! Я тебя на фиг отсюда выкину с твоим барахлом!
— Но книги — это мои сокровища, — сказала я, уже зная, что услышу в ответ.
— Сокровища — это деньги! А книги тебе их заработать не помогут! Господи, на что ты вообще способна в этой жизни?
Я терпеливо ждала, когда он наконец уйдет. Папа стал перед шкафом.
— Подумать только, мне некуда положить мои рубашки. Все забито твоим барахлом.
«Ну так купи себе в комнату шкаф» — подумала я, а вслух сказала:
— Там заняты моими вещами только две полки из четырех.
— На остальных хранится постельное белье.
— Переложи его в другое место, или на одну полку, и будет куда класть рубашки.
— Нет, это не вариант! Нужно убрать именно ненужные вещи, то есть твое барахло. Ничего, ничего, однажды я возьму мусорный пакет, запихну туда все, и выкину к чертовой матери! Как ты меня утомила! До завтра.
Я подождала, пока отец с кряхтеньем уляжется в кровать, и включила обогреватель на полную мощность. Через минуту он нагрелся, пошел теплый воздух.
Конечно, мне с самого начала казалась странной возможность как-то перекрыть его только в моей комнате, но я думала, что такой технарь, как мой батька, сумеет сделать и это. Но теперь выяснилось, что все прекрасно работает. Я тщательно все осмотрела, и поняла, какой же дурой считает меня папа. Судя по проводу, который уходил в стену, печка работала от общего электричества. То есть, для того, чтобы обогреватель не работал у меня, отцу нужно было полностью вырубить электричество в доме. И он считал, что я не догадаюсь об этом, поверю и не включу его на ночь. Подумать только!
Утром папа первым делом спросил:
— Как спалось? Тепло тебе было?
— Ужасно холодно, — не моргнув глазом, соврала я.
— Как же ты меня задолбала! Не смей даже говорить, что тебе холодно! Спи в свитерах, если так, их у тебя целый шкаф!
И он ушел к гостиную, нашептывая сам себе, как же его все бесит. Я улыбалась, довольная своей хитростью.
Следующие дни проходили по одинаковому сценарию. Перед сном отец приходил ко мне и радостно заявлял, что перекрыл обогреватель. Я кивала, а на утро рассказывала ему, как же мне было холодно ночью. Мы ссорились, и все начиналось сначала.
За это время мне в голову пришла мысль, что, возможно, он не держит меня за полную дуру. Просто батька использует что-то вроде плацебо: уверяет сам себя, что ночью у меня не работает обогреватель, и от этого спит крепче и спокойнее.
Но в тот вечер на пятый день нашего молчаливого соревнования, или дурости, даже не знаю, как это назвать, начало происходить нечто странное.
Сначала ничего не предвещало беды. Отец смотрел свое вечернее телешоу, в котором компания молодежи на шикарной вилле выясняла отношения, и громко смеялся. Я сходила в душ, а когда вернулась, папа удивленно повернулся ко мне.
— Ты что, мылась?
— Ну да, я же мимо тебя прошла.
— Я не заметил, — и он снова уставился в телевизор.
Позже мы ужинали в кухне. Едва мы уселись за стол, как отец вскочил и чихнул:
— ХАПЧАААА!
Я потерла пальцами уши, в которых зазвенело, заметив, что про себя говорю как мама: «Да чтоб ты сдох!».
Мы вдвоем убирали посуду, и тут я почувствовала щекотку в носу. Я изо всех сил старалась ее не подавить, еще сильнее разжечь, почти не дышала, и у меня получилось! Я чихнула на всю кухню, как отец.
Он подскочил и закричал свой обычный набор слов:
— Дерьмо! Как же ты меня достала! Дура! Как же я буду рад, когда ты от меня свалишь!
Давясь от смеха, я засунула последнюю вилку в ящик и убежала к себе.
Перед сном папа вошел ко мне и сказал то самое неожиданное.
— Ты представляешь, я не могу перекрыть у тебя отопление, потому что для этого мне придется выключать все электричество в доме!
Я вспомнила, что сегодня днем он бегал из кладовой в комнату и тихо матерился. Вот оно что! Проверял свои теории.
— Да ты что, правда? — я не удержалась от саркастического тона. Батька его, конечно, не понял.
— А ты что, об этом знала? — спросил он.
— Конечно нет, что ты, — попыталась искренне ответить я.
Отец долго рассматривал печку, подозрительно поглядывая на меня, словно я могла силой мысли ее включать и выключать.
— Вот дерьмо, что-то пошло не так! Как же мне быть?!
Он ушел спать, и на этом эпизоде в нашей борьбе наступило затишье, в смысле, папа больше не поднимал тему отключения обогревателя.
Квартирный вопрос
Мы с отцом несколько забросили решение нашей проблемы с покупкой квартиры. Меня крайне утомило его упрямство и крики в стиле: «Я все покупаю для себя, мне пофиг на твое мнение!». А папу истязали мысли о трате денег, поэтому он почти месяц не поднимал тему жилья. Но вот, в начале весны батька нашел в газете объявление о продаже хорошей квартиры за относительно недорогую цену.