Выбрать главу

Однажды, когда собака вновь забежала в наш двор, отец как раз был дома. Я уже представила, как он сейчас начнет ссорится с хозяевами, которые проходили мимо, но он высунулся из окна, посмотрел на пса, повернулся к соседям и вежливо сказал:

— Добрый день.

После этого он ушел обратно в дом и снова начались каждодневные угрозы прибить владельцев собаки при следующей встрече.

Где-то через неделю после истории с родинкой и зубом, когда все болячки батьки уже начали заживать, у него прихватило спину. Он долго ходил и мучился, но потом все же заявил, что посетит врача.

— Да, придется пойти, — объявил батька мне во время прогулки. — Врачи, конечно, те еще идиоты, но я не могу терпеть такие боли.

Несмотря на страшную боль, отец потащил меня куда-то глубоко в лес на поиски несуществующих грибов. Он все время приговаривал, что мы идем совсем недалеко, а тем временем мы обошли уже три горы.

Последнее время у папы при виде меня сразу портилось настроение. Так было и сейчас. Кажется, он уже дошел до лимита и нес хрень без удержу.

— Как же ты меня задрала, — приговаривал он. — Я в жизни столько денег не тратил, как за этот год. Я абсолютно точно уверен, что ты не поступишь в университет, небось все неправильно сделала на том сайте.

— Так ты же это досье со мной оформлял.

— Не надо тут на меня все сбрасывать, это ты тупая, а не я! Вся эта семья тупая, один я умный. Господи, зачем я пошел с тобой гулять, я же тебя весь день видел и уже устал. Я надеюсь, если ты не поступишь, ты останешься на родине?!

— Почему это? Я вернусь и буду работать.

— Нет, ты должна работать на родине в супермаркете или на заводе, но не тут.

— Но ты же вместе с билетом туда взял и обратный?!

— Ничего страшного, я его аннулирую. Точно аннулирую, потому что ты меня достала. Не смей сюда возвращаться!

В этот момент я, уже давно не слушавшая папин бред, улыбнулась, вспомнив смешную историю, случившуюся сегодня на учебе. Отец это заметил и сказал:

— Вот ты ненормальная, улыбаешься непонятно чему!

— А когда ты делаешь вот так, — и я показала, как батька ходит по дому, сам с собой беседует и хихикает.

Он долго смотрел на меня, а потом ответил:

— Ну ты и дура ненормальная! Валила бы ты на родину…

Дома батька опять бубнил, что я сделала себе полную чашку чая. За столом он распинался, какая я свинья, при этом кроша булкой себе на футболку, плюясь во все стороны и проливая чай во время размешивания сахара.

Я помыла посуду и заметила на столе нож, которым отец мазал на хлеб печеночный паштет.

— Дай мне его, — попросила я папу.

— Подожди, я сам, — он встал, взял нож, оторвал бумажную салфетку, протер ею лезвие и дал мне. — Клади в ящик.

— Но его нужно помыть под водой.

— Ты охренела! — закричал папа. — Свои порядки будешь у своей матери устанавливать, а тут я все решаю!

Мне пришлось спрятать нож. Тут батька увидел на паркете капли воды и заорал:

— Опять паркет заляпала, как же ты меня задолбала, нет, с таким отношением к паркету ты ко мне точно не вернешься!

Поорав немного, он сказал:

— На ужин я купил тебе луковый пирог.

— Спасибо.

— Вот видишь, какой я отец, хоть я на тебя ору, но все равно даю тебе поесть, а то еще будешь своей матери рассказывать, что я тебя не кормлю, — гордо заявил папа.

На следующий день батька съездил к врачу, вернулся без диагноза, но с кучей лекарств, и долго приговаривал, какие все врачи идиоты. Потом был цирк с проглатыванием крупной таблетки. Он с трудом ее проглотил, но из-за большого количества выпитой воды у отца начался приступ рефлюкс-эзофагита, поэтому он бегал в ванную отрыгивать, а у меня от такой сцены пропал аппетит, и я не допила свой чай. Тут, к счастью, началось его любимое шоу про выясняющую отношения молодежь, и папа, забыв про спину, таблетки, рефлюкс, ржал как конь перед телевизором.

Отъезд

В этот день папа был возбужден, как никогда. Казалось, это самый важный день в его жизни. День, когда я уезжаю на летние каникулы.

По правде говоря, уезжаю я ночью, так что отцу предстоит провести со мной еще часов двенадцать. Тем не менее он вынул чемодан из шкафа за сутки и положил его посреди моей комнаты.

Утром я спустилась вниз.

— Не хочешь помочь мне сложить вещи?

Батька пулей взлетел по лестнице. Минут пять я слышала возню, потом он вернулся и радостно закричал:

— Все готово, я все сложил и запер чемодан. Кстати, ты там пыталась сама что-то уложить, это все неправильно, Господи, ты даже в путь не умеешь собираться, что ты вообще можешь делать своими кривыми руками, — отец вспомнил, что нужно меня еще немного покритиковать перед отъездом.