– Девочка, да ты же… ты сильнее меня…
Глава 28.
– Что? – просипела я. – Это… это какая-то ошибка! Я читала о том, что создавали Вы. Моих же сил хватает всего лишь на небольшой предмет.
– Уверена? Я, восстанавливая твои потоки, так и не смог понять размеров твоего резерва. Своего просто не хватило.
– Но…
– Все дело вот тут, – лорд с мягкой, какой-то отеческой улыбкой легонько постучал пальцем по моему лбу. – Ты сама не хочешь или, скорее, не можешь понять и принять, насколько сильна. Это своего рода защитная реакция. Подумай, был ли в твоей жизни момент, когда ты неосознанно перешагнула привычную планку?
– Во время проверки магических сил, – задумчиво ответила я через какое-то время. – Меня тогда вывело…
– Не то. Думай еще. Выкинь из головы все эти академические артефакты. Ни один из них не способен определить истинный размер наших магических сил. Не тот уровень.
– Но у Вас и лорда Гонарта…
– У Ломуса – да, однако, у меня – лишь приблизительно. Я заглянул в твой резерв и с абсолютной уверенностью заявляю, что ты, девочка, намного сильнее.
Я сильно задумалась, мысленно перебирая все моменты, когда применяла магию сверх так называемых «официальных» результатов. Все не то. И тут по спине пробежал холодок. Неужели…
– Я…, – запнувшись, сглотнула и, собравшись с силами, продолжила, – я недавно создала иллюзию живого человека. Он…а была слишком похожа на настоящего, – старичок, внимательно слушая, даже подался немного вперед. – Яркие глаза, теплая кожа, не отличимый от оригинала голос. В тот момент я не задумывалась, сколько сил на это уходит, думала совсем о другом. И, кажется, не слишком и устала, хотя магии ушло очень много.
– Бедная девочка, – пробормотал лорд Дорн, откинувшись на спинку скамейки. Сняв очки, он двумя пальцами потер переносицу и тяжело вздохнул. – Всю жизнь я жил с мыслью о том, что пророчество было обо мне. И лишь на ее закате, счастливый от того, что оно не сбылось, понимаю, как же мы все ошибались…
– Пророчество? Мы все? О чем Вы? – я совсем ничего не понимала.
– Что ж, правда за правду. Рано или поздно об этом узнают и другие, но ты в отличие от меня в свое время будешь готова. Помнишь ли ты, что давным-давно существовал такой маг-иллюзионист Орант?
Я вздрогнула. О, да. Кто ж его не знает? Многие и по сей день сравнивают его силу с божественной. Оно и не мудрено, ведь Оранту как будто подчинялись все стихии мира. И он, сойдя с ума от этой мощи, попытался захватить этот мир. Ему почти удалось, но вмешались безымянные мужчина и женщина. Их узы, сила любви, их объединенная магия смогли одолеть Оранта. Сведений об этом дошло слишком мало. Медленно, но верно эта Пара заняла главенствующее место в пантеоне Богов. Никто не знал ни их имен, ни откуда они появились и куда ушли после. Однако каждый из ныне живущих знает, что именно благодаря Паре наш мир существует в таком прекрасном и свободном виде.
– Люди, страшащиеся повторения, боящиеся, что родится кто-то наподобие Оранта, еще несколько веков после истребляли всех неосторожно проявившихся магов-иллюзионистов и тех, кого только подозревали в подобном. Последними стали провидцы, чьи предсказания считались искусственно созданными, эмпаты, ощущения которых считались наведенными, и маги метаморфоз, чья волшба казалась слишком похожей на сильные иллюзии. Именно поэтому нас сейчас в десятки раз меньше, чем магов других направленностей, – сказав это, мужчина внимательно посмотрел мне в глаза, – но не многие знают, что виной тем ужасным кровавым временам был не только страх, но и слова, произнесенные Орантом и подтвержденные той Парой.
– Что?! – изумленно воскликнула я.
– Орант перед своей смертью заявил: «Что было однажды, случится и дважды. Время сделает свой оборот и тогда весь мир захлебнется в пролитой крови жертв моего верного дитя.»
– Никогда не слышала.
– Знаю. Его скрывают, чтобы не было людской паники. За иллюзионистами во всех странах с самого детства тщательно приглядывают, реагируя на малейшие изменения в способностях, а самых сильных стараются всеми силами привязать привилегиями, клятвами, чувством долга. Подобное произошло и со мной.