– То есть Отшельник – оборотень-маг, обученный ведами? – заключил Максимус.
– Да, – ответила я и добавила, понижая голос: – А еще он сам называет себя сыном Зачарованного леса.
Максимус закатил глаза и тихо пробормотал: «А как же без этого?»
– На самом деле чужакам это кажется странным, – улыбнулась я, – но ему действительно открываются любые тропы, куда бы он ни шел. Его все уважают. И оборотни, несмотря на отказ главы клана от отцовства, готовы порвать за Отшельника. Я имею в виду, по-настоящему. Это не образ речи. Нельзя бездоказательно ни в чем его обвинять.
– Но поговорить можно, – выдал упрямый майор. – Как только вы скажете, где его найти, мы…
– Вы обещали подвезти домой, – напомнила я, покачав перед майором указательным пальцем. – Меня, между прочим, ждет Ростисла́в.
Максимус ни о чем не спрашивал, только удивленно смотрел на мой палец, отчего эффект об упоминании кактуса оказался смазан. Стало обидно. Пришлось опустить руку и добавить:
– Едем? Или обещания для вас пустой звук?
– Как только скажете имя Отшельника, – кивнул майор. – Я и так его узнаю, вы же понимаете. Но если заупрямитесь, придется сначала ехать со мной на работу и потерять час…
– Его зовут Арне Кьярыр, – раздраженно перебила я Максимуса. – И он часто отсутствует в хижине, потому что блуждает по лесу. Спасает редких животных, помогает растениям и никогда не выезжает из Местечковска.
– А как же фотокарточка Киры? – напомнил майор. – Они там вдвоем. И дело было в Дальбурге.
– Я не знаю, как это объяснить, – сказала, разведя руками. – Не представляю. Но господин Арне Кьярыр спасает животных и заботится о растениях. Он целитель леса и очень уважаемый мужчина. Поймите, на него нельзя просто так вешать ярлык похитителя.
К счастью, на этот раз Максимус Ларс кивнул и бодро пошел к своему магоциклу.
– Что насчет Клайва? – всполошилась я.
– Вы сами сказали, что лесу он как родной, – отмахнулся Максимус. – Значит, погуляет и выйдет. Дорогу он знает, ключи от магобиля у него есть. А у нас много дел поважнее.
– Искать Отшельника? Это бесполезно, правда. Пока он бродит по лесу…
– Везти вас домой, Татьяра, – перебил меня майор. – Вот мое дело сейчас.
И тут замолчала уже я. Спорить с таким аргументом совершенно не хотелось. Тем более что Клайв действительно знал этот лес с детства. Бросаться помогать ему – только вредить еще больше, а может и оскорбить гордость.
На магоцикле мчали с ветерком. Я сразу объяснила, что живу совсем рядом с работой, так что Максимус быстро нашел нужный район, а потом и дом.
И только когда прощались, он вдруг задумчиво сказал:
– Света в окнах квартир нет.
– Потому что все нормальные люди давно спят, – хмыкнула я.
– А как же обеспокоенный вашим отсутствием Ростислав? Разве он не должен обеспокоенно ждать? Или ему для этого не нужен свет?
Договорив, Ларс прыгнул на магоцикл и уехал, предварительно отсалютовав рукой.
Я проводила его негодующим взглядом, связалась с женой Клайва и рассказала о злоключении ее супруга. А затем еще минут двадцать придумывала, как лихо могла ответить чванбургу на колкость. Если бы сообразила сразу! Но увы…
В ту ночь Максимус Ларс снова мне разонравился.
Клайв приехал на работу с утра. Зашел в кабинет сразу за мной: мрачный и нелюдимый. Глянул угрюмо на нас с Даном Барсовым, задержал взгляд на Максимусе и сообщил:
– Ерж дал мне отгул. Настоятельно. Пришлось всю ночь бродить по лесу.
– Такое уже бывало? – тут же спросил Максимус. – Вы видели свое прошлое?
– С тобой все в порядке? Был у врача? – обеспокоенно уточнила я.
– Говорят, лес может показать твои тайные фантазии, – вмешался Дан Барсов, – а ты выглядишь измотанным, Клайв…
Чарыр перевел на него немигающий, пробирающий до мозга костей взгляд и тихим скрежещущим голосом ответил:
– Я бродил по туману до рассвета, потому действительно вымотан. Было ощущение, что там прятался кто-то еще. Я чувствовал на себе взгляды, но никого не видел и не слышал.
– Ужасно. – Покачав головой, я подошла к Чарыру и похлопала его по груди, сочувствуя: – Тебе и правда нужно отоспаться. Туман отнимает много сил. Как Марта?
– Спасибо, что предупредила ее, – кивнул Клайв. – Она удивлена поведением леса.
– А твой дед? – снова не смог промолчать Дан. – Он же был проводником тумана. Ничего не сказал?