У Поппи ушло десять минут, чтобы вымыть, протереть и убрать тарелки. Поднявшись к себе, она плюхнулась на кровать и подождала, пока снизу не донесутся голоса: бабушка и папа пожелали друг другу спокойной ночи.
Ещё спустя какое-то время, когда они наверняка уже спали, Поппи на цыпочках спустилась к бабушкиному компьютеру и открыла браузер. Она быстро нашла на папиной страничке на Фейсбуке Джозефину Парсонс, работающую в фирме «Адвокаты Бристоля и Давенпорта». Поппи с отвращением хмыкнула. В фотоальбоме даже нашлись одна или две фотографии с её папой, они вместе катались на велосипедах где-то в Канаде. По правде говоря, Джози производила впечатление достойного человека, не считая кошек, но Поппи знала лучше. Джози Парсонс была хитрым манипулятором с добрыми голубыми глазами, кривоватой улыбкой и тёмно-русыми кудрями. Поппи от злости слишком быстро щёлкнула кнопкой и случайно закрыла приложение.
Пришлось запускать его снова. Она набрала в строке поиска «Джози», и первым результатом стала «Джози Слаб». Поппи клацнула мышкой.
Мама. Живая как никогда. Она обвивала руками папину шею и с закрытыми глазами целовала его в щеку. На ней было зелёное платье. Поппи прокрутила вниз и нашла фотографии с их семейной поездки в Корнуолл на выходные – они на пляже, мама бегает вдоль волн, папа сидит на корточках рядом с медузой. Почему никто не удалил мамин аккаунт? Её страничка просто осталась там, висела где-то в киберпространстве, будто потерявшийся ребёнок.
Несколько маминых друзей, живущих далеко от их дома, оставили на её страничке прощальные сообщения, но Поппи запретила себе их читать, потому что знала, что они вызовут в ней лишь злость, грусть и омерзение.
Листая фотографии, она не могла не думать о том, как было бы здорово, чтобы мама напоследок сказала ей нечто важное, дала какой-нибудь совет, который бы Поппи запомнила на всю жизнь. Но в действительности последними мамиными словами, адресованными ей, стали: «Попс, не забудь свой ланч».
Вот и всё. В последний раз, когда Поппи слышала мамин голос, та напоминала ей о сэндвиче с лососем и огурцом. Пальцы Поппи легонько задрожали, зависнув над мышкой, а затем закрыли браузер.
Она открыла поисковик, набрала «симптомы панической атаки» и подождала, пока бабушкин древний компьютер загрузит результаты. Затем щёлкнула по сайту, показавшемуся ей заслуживающим доверия.
Чем дольше она читала, тем отчётливее понимала, что ей не стоит этого делать. На сайте было перечислено всё то, что Поппи испытала в школьной лаборатории. За исключением самопроизвольно взрывающихся крыс.
Чуть ли не через каждые десять слов повторялось слово «тревожность» вкупе с другими: «опасения, приступы паники, посттравматический стресс, повышенное потоотделение, нервный тик, зуд, богатое воображение».
Поппи опять закрыла браузер. Она была права. Зря она это затеяла. Её пальцы, не спросив разрешения, снова отыскали путь на мамину страничку в Фейсбуке. Она опять увидела маму в зелёном платье.
Жилы в шее Поппи напряглись. Это платье маме сшила бабушка.
Поппи коснулась шёлковой книжки в кармане. Заставив себя дышать ровно и медленно, она достала её и приложила к экрану монитора. Чёрное пятно, оставшееся в памяти Поппи после смерти мамы, всё это время мешало заметить очевидное: обложка книги и мамино платье были сшиты из одного и того же шёлка. Белое пятно на затылке зачесалось. Поппи больше не сомневалась: между нею и книжкой существовала некая связь. Что всё это означало?
Той ночью Поппи приснилась мама, она стояла на месте дамы из вагона, и Поппи не могла разглядеть её лица, только зелёное платье. Поппи показалось, что она закрыла глаза всего на секунду, а уже наступило утро.
Двенадцать
Мимо ушей
Следующим утром папа подвёз Поппи до школы. По пути он сказал, что через пять дней ему нужно будет вновь уехать из Англии и он хочет провести с ней как можно больше времени.
– Пообщаемся сегодня вечером? – спросил он, пока Поппи забирала рюкзак.
– Угу, – буркнула она и захлопнула дверь.
Машина цвета соплей отъехала от школы, и у Поппи похолодело в желудке. А вдруг папа разобьётся? Вдруг его последними словами ей станут: «Пообщаемся сегодня вечером?» Её сердце перекувыркнулось. Она обернулась, чтобы помахать папе, но автомобиль уже превратился в зеленовато-жёлтое пятно далеко на дороге и, резво свернув на шоссе, исчез между деревьями.
Поппи достала мобильный телефон, чтобы написать папе.
– Слаб! Это мобильник? – донёсся из входа в административное здание окрик Денниса.
– Нет! – солгала Поппи.
Быстро сунув телефон в рюкзак, она нащупала сувенирный брелок-калькулятор и протянула его Деннису – пусть проверят! Тот выглядел недовольным, но всё же велел ей поторапливаться.