- Ну что, Михаил, - папа протянул мне удочку, - насаживай приманку.
Я взял из банки червя и принялся накалывать его на крючок. Спать хотелось просто невозможно, желания что-либо делать у меня вообще не было. Когда мы закинули удочки и уселись поудобнее, папа сказал мне вот что:
- А ты знаешь, что это за пруд, сын?
- Пруд как пруд, ничего особенного.
- Тут ты ошибаешься, - папа хитро подмигнул мне, потер руки и начал рассказ.
Эту историю папа услышал от соседа по имени Борис. Мужик это был веселый и немножко алкоголик, он знал множество деревенских легенд, в одном из его рассказов и фигурировал этот самый пруд. По легенде в этом пруду мертвецы жили. Получилось это из-за нелепого стечения обстоятельств. В те времена, когда наша деревня была поместьем одного дворянина, на месте этого самого пруда было кладбище. Весной его то и дело размывало талой водой, и последнее пристанище крестьян превращалось в жуткое месиво. Помещик Иван Антонович Боровицкий, человек импульсивный и недальновидный, решил кладбище перенести. Выбрали место на небольшой возвышенности, и принялись за дело. Часть крестьян заразилась инфекциями и вскоре пополнила ряды погребенных, но уже на новом месте. Кто-то радовался, что могилы целее теперь будут, кто-то был недоволен, что мертвых побеспокоили, да народ погубили, но что сделано, то сделано. Однажды, когда Иван Антонович закатил званый ужин, в его опьяневшую от вина и водки голову пришла гениальная идея - на месте бывшего кладбища устроить пруд. Дамы ужаснулись, прислуга многозначительно молчала, а господа, налакавшиеся алкоголя за компанию с Боровицким, эту идею поддержали. Никто не смел спорить с барином, барин хочет пруд, значит пруду быть. Вот так и появился этот водоем.
Странности стали замечать почти сразу. Вокруг пруда всегда стояла мертвая тишина. Птицы не пели, животные даже не пробегали мимо. Крестьяне пруд обходили за версту, они верили, что пруд теперь проклят и населен злыми духами. Один Иван Антонович был совершенно доволен сделанным. Он приказал заполнить пруд карпами и прочими рыбешками, а потом со своими товарищами устраивал рыбалки, во время которых напивался вместе с гостями до беспамятства. Его жизнь оборвалась в этом самом пруду, когда во время очередной пьяной рыбалки он решил искупаться. Уже давно сгустились сумерки, когда Боровицкий вошел в воду. Он начал тонуть, отплыв от берега не более, чем на три метра. Очевидцы рассказывали, что видели множество черных рук, хватавших Ивана Антоновича за плечи и шею. Никто от страха не посмел броситься на подмогу товарищу, так помещик и ушел под воду навсегда. С тех пор в пруду не раз тонули люди, но тела никогда не находили. Кто-то рассказывает, что по вечерам от пруда слышны всплески воды и хриплые рыдания. По легенде, это плачут души утопленных мертвецами людей.
- Пап, а на кой чёрт мы тогда сюда пришли? - история меня напугала, несмотря на то, что я был скептиком. Вокруг было настолько тихо, что в ушах звенело.
- Не бойся, Мишка, это ж только слухи, - папа потрепал меня по голове, - может и не было тут никакого кладбища.
- Я очень на это надеюсь. Но рыбу из этого пруда есть не стану.
Остаток времени я пытался переварить услышанное и не обращать внимания на шорохи в кустах. Мы поймали всего несколько небольших рыбешек, и я настоял, чтоб мы отпустили их обратно в воду. Пришлось нам возвращаться без улова.
Кошмары стали сниться мне каждую ночь. Во снах я видел, как шагаю в ледяную воду и меня тут же опутывают скользкие черные руки. Я шел ко дну и наблюдал, как из ила выбираются сгнившие мертвецы с перекошенными злобой лицами. Когда я был в секунде от того, чтобы захлебнуться, я просыпался на мокрой от пота простыне. В конце концов, эти сны стали мне надоедать, и я решился рассказать о них отцу. Все-таки это он напугал меня тогда своими дурацкими легендами. Папа собрался решить проблему радикально, а именно - отправиться к пруду ночью. Я был против.