— Значит, план разумен, но на уровне лишь каких-то базовых инстинктов? — вздохнул я, уточняя.
— Ответ, достойный могущественного Господина! — закивал преданно Лизун.
Чертила скривился, словно его заставили убирать туалеты с лохом, которого он чмырил ещё со школы, а потом и на работе. И, не считая небольших уточнений, так оно где-то и есть.
Уже имея подобную информацию, понял, что идти под ещё не вышедшую музыку Мика Гордона в Ад не очень правильно и нужна иная тактика. А уж учитывая, что существуют три неких «архидемона», которым местный Ад и принадлежит, нарываться на прямой конфликт хоть и было бы пафосно и полезно для моего резюме, только…
Не слишком умно. Я, конечно, и так не самый умный, тут не поспоришь, но и не полный же идиот? Ведь так?..
Больше того — Витенька у мамы почти что уникум, а мама врать не станет. В конце концов, я не знаю точный уровень сил (сомневаюсь, что я настолько крут, чтобы идти в наглу… то есть, настолько в наглую идти напролом) противников, иду на чужую территорию, в конце концов, чуть ли не собираюсь прогнуть целый план чертей. А учитывая потенциальные базовые инстинкты плана, то устраивать масштабные потасовки, на которые «оно» ещё может как-то обратить внимание, неправильно.
В ходе недолгих размышлений местной системы раб-слуга-господин пришёл к выводу, что придётся стать той самой крысой, которая будет обижать «слабых», стараясь не нарываться, по крайней мере, слишком сильно на сильных, — прошу прощения за каламбур.
Итак, что я себе выдумал?
Всё просто.
Шантаж. А ещё мне нужно будет взять с собой в Ад фотоаппарат.
— Чертила, ты чего? — вышел из своих мыслей я, видя, как посинел от страха демон. Причём, он явно играл — слабый шлейф страха был, но и только.
— Понятия не имею, что вы придумали, но я уже жалею о том, что решил пойти против вас, Темнейший, — признался демон. Лизун уже попытался там что-то сказать, но я захлопнул его пасть.
Непроизвольно поморщился.
— Будешь пробовать так нагло подхалимничать — сотни лет заставлю убирать санузел, понял?
Ужас сразу перестал делать из себя жертву из твиттера, вновь приступив к работе. Чертила младший, видя, какое у него теперь начальство, кажется, готов был по-настоящему расплакаться, при этом уничтожив всё на своём пути.
Ничего, привыкнет.
Глава 32
Подготовка заняла пару дней. Лёгкую неуверенность у меня вызывала Веселина. В конце концов, девушке нужно будет меня прикрывать, может, на протяжении недели, но меня успокаивало то, каким меня все видят: неразговорчивым социофобом, что целыми днями может смотреть в никуда. Именно такое амплуа владычица озера и должна поддерживать.
— Всё запомнила? — серьёзно спросил я у своей точной копии, взгляд которой, впрочем, уже выдавал фальшивку — уж свою наглую рожу я в зеркале видел, а тут взгляд совсем другой, включая осанку и походку. Вариантов иных, впрочем, все равно нет.
— Конечно, Владыка! — уверенно заявила девушка. — Делать из себя «овощ», если кто-то лезет — кинуть тяжелым предметом, но не убить, показательно рассматривать ужасы и не общаться с ними!
— Если родители что-то захотят или предложат?
— Отвечать коротко, делать вид, будто что-то произошло, и я не хочу об этом говорить!
— То есть? — уточнил я, приподняв бровь.
— То есть, активная «фаза переходного возраста»! — заученно повторила Веселина. — Возможно, сделать вид, что мне кто-то понравился, но не желать об этом говорить.
Я довольно кивнул.
Подросток Витенька или кто? У меня сейчас должен начаться тот возраст, когда активно тянет к противоположному полу. По крайней мере, я это стал замечать в классе, когда привычные группы из мальчиков смешивались, да и, в целом, коммуникация между полами стала намного больше. Одному мне пофиг, что, кажется, немного не нравится маме, наблюдающей всё с высоты своей должности в школе.
Иногда я действительно думаю, что мне довелось стать учёным, исследующим первобытное общество, м-да…
Небольшая проблема была в том, что Веселине придётся себя проявлять буквально перед всеми. Если бы она начала массово всех пугать, то ладно, но в данном случае нужно обойтись без лишнего страха. Достаточно сильные ужасы вполне себе могут влиять на материю и проявляться перед людьми, однако это тоже расход энергии. И если обычное взаимодействие с простой материей практически не ощущается, особенно существам веры, которых частично подпитывает вера людей, то проявление перед людьми уже берёт больше.
Многие ужасы вообще не проявляются перед людьми, а совсем уж слабые (то есть, большинство на улице и вообще) и не могут проявиться до появления страха у жертвы в принципе, подходя к испугу другими методами.