— Ты уже видел моё лицо. Так почему бы тебе тоже не снять маску и не показать своё?
— Ты разве не помнишь, что скрывалось под маской призрака оперы? — он отрицательно покачал головой.
— Уверена, что под маской, которая скрывает твоё лицо, нет ничего ужасного, — я засмеялась.
Он пожал плечами и развернул меня. Этот мужчина высокий и крепко сложенный, с широкими плечами и мускулами, которые я чувствую своими руками. Так приятно держаться за него и быть в его объятиях. Приятно, когда тебя просто касаются. Боже, какая я жалкая, или же, наверное, просто одинокая.
— Откуда ты знаешь семью Константин? — задала я вопрос.
— О, нас познакомили виноградники. На самом деле, я не смог бы узнать Тинсли, даже если бы ты попросила меня об этом.
— Серьёзно? Это же её вечеринка.
— Абсолютно. Ты живёшь где-то неподалеку? — спросил мужчина.
— Не совсем, — говорю я, спотыкаясь. В этот момент я наступила на что-то острое. — Ой.
Мы перестаем танцевать, когда я начинаю подпрыгивать на одной ноге. Он подхватывает меня на руки, заставляя ахнуть от удивления, затем опускает меня на скамью и садится рядом, чтобы положить обе ноги себе на колени.
— Что ты делаешь?
— Дай осмотрю.
— Скорее всего, там ничего нет, так что не стоит этого делать.
— Тише, — он немного приподнял моё платье, его руки были такими тёплыми.
Он касался ими моей ноги немного дольше, чем этого требовала ситуация. И я успела подумать о моём плане, о том, что я хотела сделать. То, что я хотела подарить кому-то, кому угодно, но только не Сальваторе Бенедетти. Но я знаю себя, и знаю, что не могу этого сделать с незнакомцем, пусть даже таким красивым, как этот.
Но разве и сам Сальваторе Бенедетти не будет таким же незнакомцем, когда коснётся тебя? – проносится в моих мыслях.
Я немного закашлялась, и он сдвинул свои руки ближе к моим стопам. Его прикосновения были такими деликатными. И клянусь, он нежно поглаживал мои ноги в поисках того, на что же я наступила.
— Вот, — он меняет позу, чтобы посмотреть на нижнюю часть моей ноги. — Не двигайся.
Мгновение спустя он вынул маленькую колючую штуковину из моей ноги.
Я дотрагиваюсь до кончика, вижу капельку своей крови на его большом пальце. Неудивительно, что это больно.
Он отшвыривает колючку и лезет под скамейку, а когда поднимается назад, то держит в руке закупоренную бутылку шампанского.
— Где ты её взял?
— Перед тем, как ты появилась, я собирался выпить её в гордом одиночестве. Но теперь мы здесь вдвоём, — ответил он, откупоривая пробку, и она летит прямиком в озеро. — Так что мы можем разделить её.
Он протягивает мне бутылку. Я тянусь, чтобы взять её, но он отдергивает шампанское.
— Только если тебе больше двадцати одного.
Что-то в том, как он смотрит на меня, нервирует меня. Всё дело в его глазах. Я узнаю их и его голос.
— Я знаю тебя?
Одна сторона его рта изгибается вверх, и моё сердце колотится, потому что, если он ответит «да», то это будет проблемой.
— Не думаю.
— Просто ты выглядишь очень знакомо.
Он кивнул, снова протягивая мне бутылку с шампанским. На этот раз, когда я тянусь к бутылке, он позволяет мне взять её и смотрит, как я облизываю губы, затем поднимаю бутылку, закрываю рот и наклоняю её назад. Я делаю глоток и тут же чихаю. Он засмеялся и забрал бутылку.
— Так сколько тебе лет?
— Скоро исполнится двадцать один.
— Но не в этом году, — эта фраза заставила меня замереть.
— Что ты сказал?
— Ты совсем не выглядишь на свой возраст, — он закашлялся.
И вновь появилось это мучительное чувство. Но потом он снова протянул мне бутылку, и на этот раз я стараюсь пить медленнее и делаю три больших глотка. Когда я возвращаю её, он берёт и делает глоток, как профессионал. Я замечаю часы у него на запястье, беру его за руку и поворачиваю так, чтобы видеть циферблат.
— Ты слишком обеспокоена временем.
— Просто не хочу пропустить момент, когда я должна уехать с вечеринки, — оставалось десять минут до полуночи и до того, как я должна была покинуть её.
Я взяла бутылку и начала пить шампанское так, будто это была вода.
— Кто заберёт тебя?
— Мой отец, — соврала я.
— Разве? — клянусь, в этот момент в его глазах я увидела проблеск жестокости. — Мне любопытно, что такая красивая девушка, как ты делает на этой вечеринке в полном одиночестве?
5
САЛЬВАТОРЕ
Она внимательно смотрит на меня, и эта минута кажется вечностью. Я знаю, что какая-то часть её помнит меня, пусть даже и очень смутно. Прошло уже целых четыре года. Я выкидываю из головы образ девушки, привязанной к столу. Я и правда хотел бы забыть об этом. Мне нравится Лючия, что сейчас находится передо мной. Эта невинная, милая девушка, которая не ненавидит меня. Не могу даже предположить, что случится, как только она поймёт, кто я.
— Уверен, что хочешь узнать? — спрашивает она.
— На все сто.
— Не думаю, что это ранит тебя, потому что моё время на этой вечеринке уже на исходе.
Я сохраняю молчание.
— Я не одна. Имею в виду, что у меня есть кое-кто.
— Твой парень? — моя челюсть напрягается.
— Нет, он вовсе мне не парень, — она делает ещё один глоток, а затем ещё и ещё. — Он мой злодей.
— По-моему, тебе уже хватит, — я пытаюсь забрать бутылку шампанского, но она не даёт мне этого сделать.
— А вот и нет! — она вскакивает со скамейки вместе с бутылкой в руках.
Мимо неё пролетает cветлячок, и она поворачивается, чтобы посмотреть на него и снова спотыкается. Я встаю и снова ловлю её, забирая бутылку с алкоголем. Мы стоим так близко друг к другу в лунном свете. И я внимательно всматриваюсь в её глаза цвета виски и гляжу на то, как она облизывает свои губы и делаю тоже самое со своими. Я так близко к ней, что могу ощущать запах её шампуня на волосах и мягкий аромат её кожи. Она протягивает руку и касается открытой части моего лица. И я обнимаю её одной рукой, уверяя себя, что делаю это только потому, что она шатается. Она стоит на цыпочках так близко ко мне. Но в тот же момент её лоб морщится, и она моргает снова и снова, прищуриваясь.