— Нет.
Это слово прозвучало как оборванная струна в середине песни. Кислая нота, за которой последовало острое прикосновение тонкой проволоки к руке. Бак, стоявший рядом с ним, бросил на него испытующий взгляд, говорящий: «Не психуй».
Слишком поздно. Как, черт возьми, он мог не взбеситься из-за этого? У Колтона внезапно пересохло во рту, и он пожалел, что не воспользовался неоднократными предложениями воды.
— Не могли бы вы сказать мне, что вам не нравится?
Попытался вмешаться Бак.
— Можно мне минутку поговорить с Колтоном?
— Это скучно, — сказал Сол.
— Скучно? — Возмущение вырвало это слово изо рта Колтона, как клещи.
— Колтон, — сказал Бак, положив руку ему на плечо. — Позволь мне...
— Нет, — сказал Колтон. — Я хочу знать, что значит скучно.
— Колтон, ты всегда выделялся своим талантом среди толпы длинноволосых подражателей. Но это... — Сол покачал головой. — То, что вы нам спели, звучит так, будто вы вставили в программу для написания песен какие-то долбанные ключевые слова и добавили пару риффов ради забавы.
Воздух со свистом вырвался из его легких, как будто Сол в буквальном смысле ударил его в живот. Должно быть, он издал какой-то звук, потому что Бак бросил на него взгляд, который говорил: «Заткнись, пока ты не испортил всю свою карьеру».
Колтон отодвинул от стола свое удобное кожаное кресло и встал.
— Я отдал вам все. В течение двенадцати лет я выпускал хитовую пластинку за пластинкой. Я принес этому лейблу несметные миллионы долларов, пожертвовал всем…
— Но что ты сделал для нас сегодня? — перебил его Сол.
— Извините?
— Ваш успех — это наш успех, — продолжил Сол. — Но это означает, что ваша неудача — это также и наша неудача. И мы не можем позволить вам выпускать что-то, что приведет к потере денег. И, откровенно говоря, в этом демо ни одного хита.
Колтон пронзил Арчи взглядом.
— Ты знал об этом?
— Я знал.
Предательство лишило его последних сил.
— Сол прав, — сказал Арчи. — Мне жаль, Колтон. Ты не представляешь, как мне больно говорить тебе это. Но то, что ты нам дал, не сработает. И я думаю, ты это знаешь.
— Эфирное время имеет значение, — сказал Сол, как будто Колтон этого еще не знал. — В этом демо нет ничего, что могло бы привлечь эфирное время, необходимое для того, чтобы попасть в пятерку лучших.
— Хорошо, давайте немного сбавим обороты, — сказал Бак. — Колтон, сядь и давай все обсудим.
Он скрестил руки на груди.
— О чем тут говорить?
— Мы не утверждаем, что это невозможно спасти, — сказал Арчи умиротворяющим тоном.
Колтон закатил глаза.
— Ну и дела, спасибо.
— Что ты предлагаешь? — спросил Бак. — Потому что Колтон очень увлечен своими песнями, и если вы начнете диктовать, что артисту можно, а что нельзя говорить в своей музыке, то у нас возникнут проблемы посерьезнее.
— Дело не в том, что вы говорите, — сказал Арчи. — Все дело в том, как ты это говоришь.
— Как ты хочешь, чтобы я это сказал? — Голос Колтона хрипел от сухости в горле.
Он уже знал ответ. Им хотелось легкости. Бессмысленности. Им нужен был босоногий, обожающий пиво пляжный бездельник. Они хотели деревенского парня, того кем Колтон больше не мог быть.
— Давайте поговорим о решениях — предложил Арчи.
Единственным решением, которое пришло в голову Колтону, было забрать песни и стать независимым музыкантом. Но, конечно, он не смог этого сделать. Потому что стать независимым означало разорвать контракт, а значит, вернуть миллионы авансов. Инди-карьера означала финансирование его туров, его записей, его собственной дистрибуции. Это означало согласование его условий со стриминговыми сервисами. Это означало деньги. Колтон был богат, но сейчас от него зависело много людей. Слишком много, чтобы рисковать.
— Колтон, что ты об этом думаешь?
Он очнулся от своих мыслей.
— О чем?
— У нас есть несколько новых авторов песен, с которыми мы хотели бы, чтобы ты поработал.
Колтон провел руками по волосам и наклонил голову. Наконец-то дошло до этого.
— Мы думаем, что они тебе понравятся, — говорил Арчи. — Ты знаешь, я бы не стал рекомендовать тебе никого, с кем бы лично не ознакомился. Они превосходно берут исходный материал и превращают его в нечто лучшее, не теряя при этом оригинальности демонстраций.
— Я думал, тебе не понравилась оригинальность демозаписей.
Арчи проигнорировал это мелкое замечание.
— С вашего разрешения, мы собираемся отдать им песни сегодня, а после Нового года сможем назначить студийное время для начала записи.