— Я был неправ раньше, — сказал он. — Ты не трусиха. Ты эгоистка. Так что знаешь что? Мне тоже жаль. Прости, что я потратил впустую свое время.
Ее пальцы вцепились в дверной косяк. Когда она заговорила, ее голос звучал механически, отстраненно.
— Счастливого Рождества, Колтон.
Колтон вышел, не оглядываясь.
ГЛАВА 26
К пяти часам вечера все было готово.
Гретхен заставила Эвана перевести разговор на громкую связь и выслушала, как он объяснял окружному прокурору, что больше не желает выдвигать обвинения. По его словам, он был пьян. Произошло недоразумение. Он был виноват не меньше, чем Колтон. Запись с камер наблюдения не показала всего инцидента, и, к сожалению, система компании уже удалила исходное видео, так что все улики, которые существовали, теперь исчезли.
Окружной прокурор настаивал на своем. Сказал, что будет выглядеть плохо, если он снимет звезду кантри с крючка, даже не выслушав сторону обвинения. Что его обвинят в том, что он отдает предпочтение знаменитостям. На что Эван, в своей обычной зловещей манере, напомнил мужчине, как счастлива была семья Уинтропов, щедро поддержав его предыдущую кампанию.
И на этом все.
Дело было сделано.
Теперь Гретхен оставалось только подписать двухстраничный документ, который Эван подвинул к ней через стол.
— Нужна ручка?
— Нет. — Она наклонилась вперед на стуле, на котором сидела, положила документ себе на колени и бегло просмотрела ключевые моменты. Как она и обещала, в документе говорилось, что настоящим она отказывается от всего наследства Фрейзера Джеймса Уинтропа и что все ее акции в компании переходят к Эвану Уильяму Уинтропу.
Гретхен достала ручку из сумочки, лежавшей у ее ног. Затем жирным, размашистым почерком отказалась от более чем семидесяти миллионов долларов.
Небольшая цена за мужчину, которого она любила.
Она положила документ обратно на стол, взяла свою сумочку и встала.
— Я пришлю копию в твой офис, — сказал Эван таким тоном, словно для него это была просто очередная деловая сделка.
И, честно говоря, так оно и было. Если бы не его опухший фиолетовый глаз и повязка на брови, не было причин подозревать, что это был не обычный день. Все, о чем он заботился, — это победа. Победа любой ценой. Победа над человеком, который стоял между ним и тем, на что, как думал, он имел право.
— Могу я обратиться к тебе с еще одной просьбой? — спросила Гретхен, перекидывая ремешок сумочки через плечо. У нее чуть не хрустнули зубы от того, что ей пришлось умолять его, как гребаного Боба Крэтчита, подбросить еще угля в камин.
— Конечно.
Он на самом деле, блядь, улыбался, когда говорил это. Гретхен старалась соответствовать его тону, хотя внутри у нее все кипело от ярости.
— Я бы хотела, чтобы моя юридическая практика оставалась открытой здесь, в Нэшвилле. Я собираюсь предложить эту работу своей ассистентке. Ей нужно будет нанять нового адвоката, возможно, двух или трех. Я собираюсь посоветовать ей подать заявку на грант в фонд, чтобы это стало возможным. Пожалуйста, не препятствуй ее рассмотрению.
— Ты понимаешь, что простая подача заявки не гарантирует, что она будет одобрена.
О, он наслаждался этим моментом. Обращался с ней так, словно она понятия не имела, как работает фонд. Как с незаслуживающей этого посторонней, какой она и была.
— Я понимаю, — сказала она.
Эван встал и обошел свой стол. Он протянул руку, словно для рукопожатия, и абсурдность этого вызвала у нее приступ смеха. Она покачала головой.
— Пошел ты, Эван.
Дверь с грохотом распахнулась. Гретхен резко обернулась. Эван испуганно выругался, когда дядя Джек ворвался в комнату.
— Что, черт возьми, здесь происходит?
— Тебя это не касается, Джек, — сказал Эван.
— Все, что происходит в этом здании, касается меня, Эван. — Джек посмотрел прямо на Гретхен. Его глаза были налиты кровью и окружены темными кругами. — Я видел твою машину. Что происходит?
— Просто заканчиваю кое-какие дела, — сказал Эван, прежде чем Гретхен успела ответить.
— Какие дела?
Эван снова обошел стол, чтобы взять контракт, вероятно, чтобы спрятать его от глаз Джека.
— Что это? — спросил Джек, устремляясь к Эвану, как ястреб к добыче.
Эван бесстрастно пожал плечами и протянул документ Джеку.
— Я полагаю, ты скоро все узнаешь.
Гретхен медленно двинулась к двери, пока Джек стоял к ней спиной. Но он быстро читал, и не требовалось глубоко вчитываться в слова, чтобы понять, что она сделала. Она едва успела выйти из кабинета Эвана, как Джек снова развернулся и бросился за ней.