Колтон выбрал бумагу с изображением щенка из стопки и развернул ее между расставленных ног. Затем достал из пакета свой первый подарок — игрушечную гитару, которая играла песни нажатием кнопки.
— Пожалуйста, скажи мне, что это не ко мне домой, — сказал Ян.
Колтон ухмыльнулся. Оскару, от любимого дядюшки Колтона. Оскар был трехлетним сыном Яна и его жены Соледад.
Ян застонал.
— Когда-нибудь я отомщу тебе за все те громкие подарки, которые ты дарил моим детям.
— Моей жене пришлось спрятать ту мини-ударную установку, которую вы подарили Грейди в прошлом году, — сказал Дэл о своем двухлетнем сыне. У них с женой Нессой также была шестилетняя девочка по имени Джозефина, или сокращенно Джо-Джо.
— Моя работа — продвигать музыкальное образование, — сказал Колтон, прикрепляя к подарку красный бант.
— Что, черт возьми, ты подаришь моим детям в этом году? — спросил Гэвин. У него и его жены Теи были девочки-близнецы.
Колтон вытащил из сумки две гавайские гитары. Гэвин застонал.
— Спасибо.
— Приведи девочек ко мне домой, — сказал Колтон. — Я научу их играть.
— Можно, я также оставлю укулеле там?
— Нет. — Он завернул их в ту же бумагу, что и игрушечную гитару.
Ноа внезапно уставился на Гэвина.
— Что, черт возьми, ты делаешь?
Брови Гэвина сошлись на переносице.
— Заворачиваю.
— Ты никогда раньше не заворачивал подарки?
Гэвин посмотрел на скомканное красно-зеленое чудовище, лежащее перед ним.
— Что не так?
— Слишком много бумаги, — сказал Колтон, в основном потому, что был рад, что внимание теперь приковано к кому-то другому.
— И ты просто завернул это одеяло, не убрав его в коробку, — ошеломленно добавил Дел. — Все это дряблое и уродливое.
— Оно завернуто, — огрызнулся Гэвин. — Кого волнует, как оно выглядит?
Ощущение было такое, будто кто-то только что сорвал дверь с самолета. Из комнаты выкачали весь воздух. Полетела бумага. Пакеты упали. Ян закричал.
— Хорошо упакованный подарок — это выражение любви, — сказал Малкольм. — Пожалуйста, скажи мне, что ты более бережно относишься к подаркам своей жены.
— Обычно я кладу все в подарочные пакеты.
Ян покачал головой, пробормотал что-то недоброе и начал вставать.
— Я ухожу.
Ноа схватил его за руку и потянул обратно вниз.
— Я уверен, он не это имел в виду, — сказал Ноа, глядя на Гэвина. — Верно? На самом деле, нельзя же просто так складывать все в подарочные пакеты, как будто это ничего не значит.
Гэвин нахмурился, но все равно принялся за свой сверток.
Вскоре к ним присоединилась Огуречик и быстро уселась на развернутую Маком бумагу. Мак отшатнулся, как будто у нее было что-то заразное.
— Что ты подаришь Гретхен на Рождество?
— Что? — спросил Дэл.
— Я даже не знаю. Я даже не уверен, будем ли мы встречаться после этого. И разве это не была дурацкая мысль?
— Значит, вы встречаетесь? — спросил Ноа. — Типа, по-настоящему? Или ты все еще притворяешься, что это просто деловые переговоры?
Колтон нахмурился, в основном потому, что не знал ответа на этот вопрос.
— Вы когда-нибудь целовались? — спросил Ян, затаив дыхание.
— Отвали. Я не собираюсь рассказывать об этом. У нас ведь есть право на личную жизнь, не так ли?
Ян выпятил губу.
— С тобой неинтересно.
— Но вы целовались. — Влад искоса взглянул на Колтона. — Я имею в виду, вы, очевидно, целовались раньше и делали другие вещи. — Лицо Влада вспыхнуло, и он заткнулся.
— Ты, очевидно, влюбился в нее, — сказал Ноа.
По шее Колтона пробежал жар, и он нерешительно пожал плечами, чтобы скрыть это. Он знал, что чувствовал сам, но не мог сказать, что чувствовала Гретхен. Все, что он знал наверняка, это то, что прошлой ночью все изменилось. Не только из-за того, как она поцеловала его, но и из-за всего, что она рассказала о своей жизни. Малкольм был прав. Есть разница между ненавистью к Рождеству и просто ненавистью к своим собственным переживаниям по этому поводу.
— У тебя покалывает в зубах, когда ты рядом с ней? — спросил Гэвин.
— Что?
— Раньше из-за Теи у меня болели зубы. — Гэвин постучал пальцем по своим верхним зубам. — Как будто по моему телу пробегал электрический ток, когда я думал о ней.
Колтон с трудом сдержал улыбку.
— Из-за нее у меня такое чувство, что я не могу нормально дышать.