— Хо-хо-хо.
Ребята захлопали и зааплодировали, и Влад сделал это снова.
— У тебя получилось, чувак, — сказал Ноа. — У тебя все получится.
— Ладно, давай обсудим план, — сказал Колтон. — Ян останется здесь, чтобы помочь положить все подарки в мешок Влада...
— Мешок Влада, — фыркнул Мак. Дэл шлепнул его по затылку.
— А мы все спустимся вниз и соберем детей, — закончил Колтон.
— Как я узнаю, когда нужно спускаться? — спросил Влад.
— Когда ты услышишь, что я играю «Санта Клаус приезжает в город».
Колтон направился к двери, но Мак схватил его за руку.
— Подожди.
Колтон обернулся.
— Что?
— Ты не можешь так опуститься. — Мак поднял руку и взъерошил свои волосы.
Колтон отмахнулся от его руки.
— Что ты делаешь?
— Привожу себя в порядок.
— Ты сделал только хуже, — сказал Ноа. Затем он подошел и провел рукой по волосам Колтона. Тот поморщился. — Ладно, я сделал только хуже.
Колтон наклонился, чтобы увидеть свое отражение в стекле фоторамки на стене. Его волосы встали дыбом, как будто он воткнул вилку в розетку.
— Что за хрень?
— Не волнуйся об этом, — сказал Ноа. — Она не бросит тебя ради Сыровара из-за твоих волос.
— Она может. — Малкольм поморщился. — Кто-нибудь, принесите ему расческу.
Ян достал расческу из заднего кармана. Все замолчали и уставились на него. Ян пожал плечами.
— Никогда не знаешь, когда у тебя возникнут проблемы с волосами.
— У меня не было проблем с прической, пока вы, тупые ублюдки, не начали с ней возиться. — Колтон взял расческу, снова наклонился и начал поправлять волосы, чтобы они были не такими взъерошенными, как после прыжка с парашютом.
— Достаточно хорошо, — сказал Мак, забирая расческу у него из рук.
Ноа поднял вверх большой палец.
— Ты хорошо выглядишь.
— Ты великолепен, брат, — сказал Гэвин, похлопав его по плечу.
— Иди, произведи впечатление на свою девушку, — сказал Дел.
— Послушайте, ребята, не делайте из мухи слона из-за того, что мы вместе, ладно? Просто будьте спокойны.
— А когда было иначе? — спросил Мак.
— Каждый гребаный день с тех пор, как я тебя знаю. — Колтон снова повернулся, чтобы уйти, но его снова остановили. На этот раз Малкольм.
— Она здесь не просто так, Колтон.
— На вечеринке?
— В Нэшвилле.
В его голосе слышались нотки разочарования и нетерпения.
— К чему ты клонишь?
— Возможно, она не хочет убегать. Возможно, она просто хочет, чтобы кто-нибудь попросил ее остаться.
ГЛАВА 17
— Завораживает, не так ли?
Гретхен едва слышала голос Лив. Она была в трансе. Сырная кома. И все благодаря мужчине, стоявшему по другую сторону кухонного стола Влада. Они сказали, что его зовут Роман, и он тот самый неуловимый торговец сыром, о котором она так много слышала. Но это прозвище совершенно не подходило для одетого в кожу соблазнителя, стоявшего перед ней. Он был богом Гауды, принцем Проволоне, капитаном Курда.
И прямо сейчас он подносил ломтик хаварти к ее губам. Невидимая сила подтолкнула ее вперед на стуле, губы приоткрылись.
— Обещаю, — пробормотал Роман голосом, от которого у нее внутри все стало похожим на фондю, — что ты никогда не испытаешь такого удовольствия.
— Успокойся, парень, — саркастически сказала Лив. — Разве ты не знаешь, что она официально не продается?
От Хаварти у Гретхен пересохло в горле, и она чуть не подавилась. С того момента, как Лив затащила ее внутрь с криком, который мог бы вызвать перебои в управлении воздушным движением, Гретхен делала все возможное, чтобы избежать вопросов о ней и Колтоне. На тот момент скрытность в отношении своей личной жизни вошла у нее в привычку. Было трудно открыться людям, когда всю свою жизнь ты был настороже, чтобы никто никогда не узнал тебя настоящего.
Она снова задохнулась, на этот раз от осознания собственной значимости.
Еда. Очевидно, ей нужно было больше еды.
Роман медленно подмигнул ей из-под тяжелых век, прежде чем обратить свое внимание на единственную незамужнюю женщину в комнате — Мишель, одну из соседок Влада. И, судя по взглядам, которыми они обменялись, достаточно горячим, чтобы расплавить моцареллу, она и раньше макала свой хлеб в его раклет.
Внезапно в комнату вбежали девочки-близнецы с развевающимися косичками и измазанными шоколадом лицами и с пронзительными криками закружились по комнате. Жена Гэвина, Тея, прижала пальцы к вискам.
— Где ребята? Я попросила Гэвина присмотреть за ними.
— Я не знаю, — сказала Несса, жена Дэла. Она перекладывала своего двухлетнего сына с одного бедра на другое. — Что они вообще там делают?