Я сказал, что никому в голову не пришло. Пришло, и этот кто-то предложил Павлову сделку. Почему бы не проложить ветку метро так, чтобы достать бункер. Вот откуда радиация. Вот почему собственно никаких работ по прокладке ветки там не проводилось. Павлов сделал то, о чем его просили, и скорее всего очень скоро стал бы либо очень богатым, либо очень мертвым человеком, если бы правильно обращался с роботами.
Контейнеры с бабблом из-за взрыва разгерметизировались, и пришлось покупать два десятка роботов высшей защиты, чтобы снова собрать и запаковать баббл.
H2 работали в эпицентре — собирали баббл, очищали, паковали и передавали в зону работы H1, которые уже занимались окончательной обработкой — укладкой в контейнеры и транспортировкой.
— Транспортировкой?
— А как я оттуда выбрался? Павлов умудрился соорудить небольшую ветку до Мурино, а там — железнодорожный узел, вези куда хочешь, что хочешь…
— Ну да, у него ведь Управление скоростного транспорта…
Интонация Виктории Максу не нравилась. Ей было весело. Такое особенное веселье, когда намечается драка, и ты точно знаешь, что бока намнут не тебе.
— Я боюсь, у него не только Управление. Я пытался поковыряться в досье Павлова, вся информация дозирована, да и за пределами Управления кто-то должен здорово ему помогать.
— Всегда кто-то должен помогать. Макс, просто это не проблема, это возможность, я доступен?
Кажется, впервые сказанное Олегом было действительно труднодоступно. Максу оставалось только надеяться, что начальство так спокойно неспроста. Виктория вышла из кабинета, чтобы вернуться с еще одной порцией печенья, вероятно, это была награда Максу, примерно так себя чувствуют лошади в цирке, только что выполнившие трюк, — сахарок получен, но почему улыбается дрессировщик — непонятно.
— А что с роботами, товарищ следователь? — Виктория подвинула блюдце поближе к Полонскому.
— Дело в том, что там не видно ничего.
— То есть?
— Ошибка идентификации. Роботы вообще похожи на людей. А в некоторых случаях они становятся похожи очень сильно. Например, когда не видно ничего. Я там был. Если бы я не знал, кто передо мной, я бы не отличил человека в защитном комбинезоне от робота. Но главное не это. Дело в том, что Павлов — не оператор, то есть, как управлять роботами, знает, но только в теории, в какой-то момент он начал вести себя с роботами так же, как и с подчиненными. Он начальник, причем хороший, поэтому он не просто приказывал, он начал делегировать полномочия. В результате H2 отдавали приказы роботам серии «H1». Для Павлова это нормально, раз более новые роботы дороже, значит, они главнее. А вот для роботов — это нештатная ситуация.
Так все и случилось. Неграмотное управление, оптические помехи — все сошлось. Сначала были сбои — просто потому, что Павлов вмешивался в процесс, и роботы элементарно не могли выстроить приоритет команд, а потом добавился оптический фактор. В результате работ в туннеле образовалась взвесь, которая и так мешала роботам идентифицировать друг друга. Когда пришла очередная команда от робота к роботу, более старое поколение сделало неверный вывод. Ошибка идентификации — тот, кто приказывает, — человек. А человек не может находиться в любом защитном костюме в этом месте больше четырех-пяти минут. И они попытались их спасти. Там не было драки. Одни роботы пытались вытащить других из радиоактивной зоны. Вот и все.
Печенье кончилось. Как всегда, незаметно. Говорить было больше не о чем, дальше должны были начать работу большие парни.
— Максим Полонский, это плохой конец истории.
Вероятно, настроение шефа тесно связано с наличием сладкого на столе, печенье кончилось — настроение тоже.
— Что теперь с этим всем делать, Макс? Позвонить в ФСБ? Нас потом не один месяц будут трясти, а продажи наши упадут, потому что доказать покупателю, что робот, который принял другого робота за человека, — безопасен и надежен — невозможно.
— Не звонить?
— Звонить. Только делать это надо правильно. Макс, наступает великий момент. Это должен сделать глава компании. Ты сделал почти невозможное, ты нашел проблему, с которой может справиться только она.
Кажется, теперь Макс понял, почему Виктория веселилась. Ей давно хотелось кому-то намять бока, и вот теперь представился случай.
* * *В Хильдене хорошо. Десять километров от Дюссельдорфа, десять тысяч населения и ни одного робота. Три недели отпуска — Олег не обманул. Главная новость, которую обсуждают местные, — события в Петербурге. По всем каналам показывают роботов модели «H2», благодаря которым удалось найти клад — schatz — так это пишется на немецком. Почти сто граммов баббла, упакованного в контейнеры из обедненного урана. Интервью давали два человека. Господин Павлов и Виктория — председатель правления компании «Русские роботы». Как и обещал Олег, она решила проблему.