— Вы меня не убьете?
— Сегодня — нет. Но вам придется рассказать, какой у вас все-таки был план.
— И не арестуете?
— Задержу, но ненадолго. Потом просто уйдете отсюда, — Андрей выразительно глянул на часы, — если не будете меня задерживать. Итак, ваш план?
Что-то было в голосе Большого, что Юрий подобрался и стал не рассказывать, а отвечать, как отличник на экзамене.
— В Питере, буквально месяц назад, открылся филиал Института нефти и газа. Спонсоры — норвежцы, там лаборатория, оборудованная так, как у нас в центре и не мечтали. Там я мог бы закончить исследования, а получив результат…
— Я так понимаю, вы собирались научиться разводить живую нефть?
— Именно. И, научившись, уже я мог бы диктовать свои условия.
Андрей подошел к занавешенному окну, одним движением распахнул штору — за ней оказалось не окно, а зеркало во всю стену.
— Я-то грешным делом подумал, вы к журналистам будете прорываться, открывать то, что скрыто. Смысл был бежать? — говоря, Андрей развернул стул вместе с Юрием к зеркалу.
— Так у меня был бы шанс.
— Вы все думаете не о том. Даже странно, насколько вы не видите того, чем занимаетесь.
— Что вы имеете в виду?
— Закройте глаза, Юрий.
Андрей опустил огромные руки на голову пленника. Нажал где-то правее макушки, ткнул в шею чуть ниже черепа. Юрий боялся пошевелиться. То, что сейчас происходило с ним, было ненормально даже на фоне этой сумасшедшей поездки. Он попытался поднять руки, потом встать, но тело не слушалось его. Он чувствовал себя головой профессора Доуэля, ощущая лишь руки Андрея и боясь думать о том, что именно с ним происходит.
— Можете открыть глаза.
За спиной у него стоял Андрей и уже натягивал на руки перчатки. А из зеркала на Юрия смотрел незнакомец. Похож на Юрия как брат близнец, только с другим выражением лица, какого у самого специалиста по нефти не было никогда. В зеркале он выглядел абсолютно спокойным — буддист за миг до погружения в нирвану.
— Кто вы? Спецагент?
Ответа Юрий не услышал. Он все еще не мог шевельнуть ни рукой, ни ногой, а вот моргал по-прежнему. На этот раз не вовремя. В комнате уже никого не было.
* * *Большой ехал на север по Приморскому проспекту. Водитель все еще ждал его на вокзале, стоило Андрею забраться на заднее сиденье, как машина мягко тронулась с тем негромким урчанием, которое отличает солидную марку от надсадного повизгивания малолитражек.
Они ехали в противоход — ни пробок, ни суеты. Было холодно смотреть в окно — плоская как стол прибрежная равнина не давала шансов ни на уют, ни на тепло.
Андрей вышел у причала, не отличимого сейчас от льда, сковавшего залив. Просто еще одна прямоугольная глыба. Здесь его ждали друзья. Так уж получилось, что они были знакомы так давно, что отношения заказчик — исполнитель к ним уже никак не прикладывались.
Они действительно собирались в поход. Рядом на вертолетной площадке уже стоял Ми-6, VIP-вариант. Им предстояло лететь еще дальше на север, где в шале наверняка было все готово к их приезду.
Андрея не обманывало то, что вокруг не видно ни охраны, ни хотя бы поста полиции. Были и снайперы, и группа быстрого реагирования — все как положено. Как положено — незаметно. Его ждали три человека, и, если бы кто-то узнал, что они здесь, вся набережная заполнилась бы охраной, журналистами и зеваками.
ЛПР — лица, принимающие решения, — умели становиться невидимками. В свое время их всех этому учили, хотя они заканчивали разные институты.
— Чем порадуешь?
У них было не принято ни жать руки, ни обниматься. Слишком истаскались эти жесты. Они не здоровались и не прощались. Так сложилось.
Андрей молча вытащил из рюкзака ловушку.
— Что с умником?
— О нем можно больше не беспокоиться.
— Ты, как всегда, все сделал идеально. Деньги к тебе на счет перевели еще вчера, так что теперь можно забыть о делах.
Невысокий худощавый мужчина закончил говорить и пошел к вертолету. Двое его товарищей двинулись следом, один из них распахнул перед Андреем металлический кейс, подождал, пока тот туда аккуратно положит ловушку. Через минуту все они были в воздухе.
Сверху не видно, что за страна — то ли Финляндия, то ли Россия. Этот вертолет, скорее всего, мог бы легко нарушить пару-тройку государственных границ, и любое ПВО просто сопровождало бы полет.